Перейти к основному содержанию
Включайся в группу ЗОВ в Google+ Включайся в группу ЗОВ в Facebook Включайся в группу ЗОВ В Контакте Включайся в группу ЗОВ в Одноклассниках Подпишись на важные новости ЗОВ в Twitter Подпишись на важные новости ЗОВ в ЖЖ Подпишись на видеоканал важных новостей ЗОВ на Youtube
Инициативная группа по проведению референдума  За ответственную власть (ИГПР ЗОВ) - Преследование Мухина, Барабаша, Парфенова, Соколова - РЕФЕРЕНДУМ НЕ ЭКСТРЕМИЗМ

За что будем спрашивать?

Итак, полезная народу цель существования государства понятна. Необходимость не ограничиваться ее декларацией и, как следствие, необходимость создания работоспособного механизма ее достижения, тоже понятны. Механизм этот заключается в возможности наказывать или поощрять выборных руководителей государства каждым избирателем. Но дальше возникает вопрос, за что конкретно наказывать, на основании каких критериев, и как все это будет выглядеть?

Жить хорошо является не вызывающим сомнения желанием любого человека. Это даже не нуждается в доказательствах. Деятельность каждого человека нацелена на то, чтобы его жизнь становилась лучше. Государство нам нужно только для того, чтобы организовать нас на улучшение жизни в случаях, когда мы в одиночку сделать этого не можем. Из этого следует, что критерием оценки для выбора «казнить нельзя помиловать» будет только качество жизни народа.

Статья 2. Ухудшение жизни народа без веских причин является преступлением против народа, улучшение жизни - подвиг.

Дело государства – это улучшение жизни народа. Народ – это мы и будущие поколения. Абстрактной жизни народа без жизней отдельных граждан не существует. Поэтому улучшение жизни народа – это улучшение жизни каждого из нас. И спрашивать, улучшилась или ухудшилась наша жизнь, надо только у нас. Ибо, лучше нас никто не может знать, как изменилась наша жизнь.  

Поэтому принимать решение о признании факта преступления или подвига будет каждый дееспособный гражданин, не лишенный избирательных прав.

Статья 4. Признание преступления или подвига Президента и членов Федерального Собрания совершается судом народа над ними. Каждый избиратель выражает свою волю в этом вопросе на основе только своего собственного убеждения относительно вины и заслуг власти России.

Следует учесть, что расследовать это преступление и выносить по нему приговор будут не люди с юридическим образованием, а избиратели, из которых 99% в своей жизни с законами не сталкиваются и понятия о принципах права не имеют. Поэтому ст. 138 и закон нужно дать в таком виде, чтобы она была  понятна без дополнительных разъяснений. Это нужно для того, чтобы впоследствии никакой юрист не смог запутать избирателей своей болтовней, различными соображениями, уточнениями как правильно, как законно и т.д. Но поскольку одной из задач настоящей книги является задача академическая, подготовка соратников к пропагандистской работе, то нельзя не рассмотреть возражения, исходящие от профессиональных юристов.

Можно  ли это считать преступлением?

В законе «О суде народа» обозначаются критерии, по которым будет оцениваться работа Президента и депутатов. Для этого вводятся новые понятия, новые виды преступления и подвига. И первые возражения приходится слышать от юристов, которые в силу узости своего профессионального кругозора забывают об истинном распределении ролей в государстве, определяемом Конституцией, о том, как принимаются законы, и считают себя полномочными указывать «нам, народу», что нам можно делать, а что нельзя.

В 2000 году текст закона «О суде народа» был разослан в Челябинске в различные общественные объединения и политические партии с предложением собраться и обсудить его. Был получен письменный   ответ от прогубернаторского псевдопатриотического общественного объединения «За возрождение Урала», в котором трусоватый юрист патриотов, пожелавший остаться неизвестным, принялся свысока поучать авторов текста закона и письма:

«Автор слишком вольно обращается с терминами «преступление» и «подвиг». Подвиг -героический поступок, и никак нельзя (выделено авт. – интересно, почему?) называть подвигом и давать звание Героя РФ за планомерную трудовую деятельность, коей является и работа в правительстве. Также  преступлением является уголовно наказуемое деяние, представляющее общественную опасность. Теоретически, «ухудшение жизни народа» можно признать общественно опасным, однако является ли столь размытая формулировка составом преступления - большой вопрос. И если необходимо ввести за это уголовную ответственность, то необходимо, прежде всего, принять поправки в УК РФ, а не совершенно безграмотный закон».

Закон «О суде народа» предполагается принять через референдум. Референдум является высшим непосредственным проявлением власти народа. В соответствии со ст. 83 закона №5-ФКЗ, решение, принятое на референдуме, является общеобязательным и не нуждается в дополнительном утверждении. А отменить или изменить его можно не иначе как через принятие решения на новом референдуме, если в самом решении не указан иной порядок отмены или изменения такого решения.

Поэтому, не юристам решать, за что можно давать звание героя, а за что нельзя. Что можно считать преступлением, а что нельзя.

Ст. 6 Федерального конституционного закона № 5-ФКЗ от 28.06.04 «О референдуме Российской Федерации» прямо указывает, какие вопросы не могут быть вынесены на референдум. Вот тут-то бы и применить «мужественному» юристу свои профессиональные знания, и отметить вопиющую антиконституционность самой формулировки статьи 6! Название которой уже коробит: “Вопросы референдума и порядок их вынесения на референдум ”. Это кто же взялся указывать «нам, народу», какие вопросы нам решать, а какие - нет? Ведь “мы, народ” - единственный в России суверен и источник власти. Кто «нам, народу» запрещает обсуждать какие бы то ни было вопросы? У кого власти больше, чем у «нас, народа»? Ну да ладно, что еще можно было ожидать от депутатов нашей Думы - безответственных болтунов? Тем более что среди запрещенных к обсуждению  вопросов, нашего вопроса нет:

5. На референдум не могут выноситься вопросы:
1) об изменении статуса субъектов Российской Федерации, закрепленного Конституцией
2) о досрочном прекращении или продлении срока полномочий Президента, Государственной Думы, Федерального Собрания, а также о проведении досрочных выборов Президента, депутатов Государственной Думы Федерального Собрания либо о перенесении сроков проведения таких выборов;
3) об избрании, о назначении на должность, досрочном прекращении, приостановлении или продлении полномочий лиц, замещающих государственные должности;
4) о персональном составе федеральных органов государственной власти, иных федеральных государственных органов;
5) об избрании, о досрочном прекращении, приостановлении или продлении срока полномочий органов, образованных в соответствии с международным договором Российской Федерации, либо должностных лиц, избираемых или назначаемых на должность в соответствии с международным договором Российской Федерации, а также о создании таких органов либо назначении на должность таких лиц, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации;
6) о принятии и об изменении федерального бюджета, исполнении и изменении внутренних финансовых обязательств Российской Федерации;
7) о введении, об изменении и отмене федеральных налогов и сборов,  а также об освобождении от их уплаты;
8) о принятии чрезвычайных и срочных мер по обеспечению здоровья и безопасности населения;
9) об амнистии и о помиловании.

Так вот, никаких препятствий со стороны действующего законодательства содержащимся  в тексте закона «О суде народа» предлагаемым  понятиям «преступление» и «подвиг» нет. А далее в силу уже вступит решение народа, который либо сочтет нужным принять поправку в Конституцию и закон, либо нет.

Всё же,  можно или нельзя ухудшение жизни народа считать преступлением? И в каком порядке надо совершать действия – сначала организовать референдум по принятию закона «О суде народа» или внести поправки в УК?

Итак, законом «О суде народа» вводится новое преступление. Критерий, по которому это деяние относится именно к уголовным преступлениям – это мера наказания, предусмотренная за его совершение (об этом в главе 12 «О наказании») – лишение свободы. А все преступления должны быть описаны в УК в соответствии со ст. 3 УК РФ:  «Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом». «Мужественный» юрист - патриот  считает, что раз в УК нет такого преступления как «ухудшение жизни народа», то принимать закон «О суде народа» нельзя. Но  УК является подчиненным документом по сравнению с законом «О суде народа», который предполагается принять на референдуме (в соответствии со ст. 83 Федерального конституционного закона №5-ФКЗ). Поэтому придется менять УК. После принятия закона «О суде народа» надо будет или ст. 3 УК РФ дополнить, что существуют преступные деяния, не описываемые уголовным кодексом, или внести в кодекс соответствующую статью  про преступление против народа. Этим и займутся юристы, оставив в неприкосновенности четко выраженную на референдуме волю единственного источника власти:

«Если для реализации решения, принятого на референдуме, требуется издание нормативного правового акта, федеральный орган государственной власти, в компетенцию которого входит данный вопрос, обязан в течение 15 дней со дня вступления в силу решения, принятого на референдуме, определить срок подготовки этого нормативного правового акта, который не должен превышать три месяца со дня принятия решения на референдуме». (ст. 83 №5-ФКЗ)

А юристам останется откозырять хозяину – единственному источнику власти и приняться за рутинную бумажную работу – согласовывать с законом «О суде народа» Уголовный кодекс и пр., если в том будет необходимость.

Принцип объективного вменения

В действующей системе правовых отношений главным фактором для наличия вины является учет отношения человека к совершаемым им действиям и их последствиям – наличие в них умысла или неосторожности.

Смысл принципа объективного вменения в том, что вина за совершенное деяние вменяется человеку независимо от его субъективного отношения к совершаемому. Иными словами, в системе права, применяющей принцип объективного вменения, можно назначить кого-либо виновным за падение кирпича на голову прохожего, не рассматривая причинную связь его действий с падением кирпича или наличие у него умысла. Именно на подобном  принципе основывается закон «О суде народа», считают оппоненты. То есть, депутаты субъективно могли не желать ухудшения жизни народа, или необходимо доказать наличие у них таких намерений, чтобы считать ухудшение жизни народа преступлением, совершенным по вине депутатов. Такое мнение неожиданно проявилось непосредственно в Государственной Думе (по несколько иному, но очень близкому вопросу).

17 марта 2004 года депутат Госдумы Виктор Илюхин выступил с предложением отменить льготы и привилегии президенту, покинувшему свой пост (см. газету «Коммерсантъ», 18.03.04),   констатируя в своем выступлении, что, поскольку механизма обеспечения «ответственности власти перед народом до сих пор не существует», требуется изменить закон о гарантиях бывшему президенту

Но каким же образом Илюхин предлагает создать такой механизм ответственности для Президента? Вот как о сути предложения депутата от КПРФ пишет “Коммерсантъ”:

“Оценочные действия по замыслу депутата от КПРФ должны проводиться обеими палатами российского парламента - Госдумой и Советом федерации. В случае если депутаты и члены СФ дадут положительную оценку работе экс-президента, он сможет пользоваться всеми привилегиями в соответствии с законом "О гарантиях президенту РФ...". При другом развитии событий - Госдума и СФ большинством голосов дают отрицательную оценку работе бывшего главы государства - экс-президент лишается всех льгот и привилегий, предоставляемых законом”.

В этом предложении налицо усеченная и упрощенная система ответственности власти. Решение о вине (лишение льгот) или награде (предоставление льгот) принимается “народом” (депутатами) на голосовании большинством голосов. 

Мотивы и основания, по которым Дума провалила эту поправку депутата Илюхина, небезынтересны. Примерно с такими основаниями депутаты выступили бы против и закона «О суде народа», разве что с поправкой на более ожесточенное их сопротивление. Основания эти не новы, хотя и требуют пояснения для тех, кто не очень хорошо знаком с юридической терминологией.

Как указывает “Коммерсантъ”, “Назвав принцип объективного обвинения порочным и заявив, что законопроект нарушает Конституцию в части соблюдения прав и свобод человека, палата инициативу депутата от КПРФ отклонила”. То есть, депутаты настаивают, что в подобной ситуации будет идти речь о невиновном причинении вреда.

Невиновное причинение вреда

Согласно ст. 5 УК РФ лицо подлежит уголовной ответственности только за те действия (бездействие) и за наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Уголовная ответственность за невиновное причинение вреда (объективное вменение)  не допускается.

Но для начала надо разобраться с понятием вины. Всегда ли люди несут ответственность только за те деяния, в отношении которых у них был умысел на их совершение?

Статья 28 УК РФ рассматривает ситуации невиновного причинения вреда - когда, не смотря на наличие причинной связи между поведением лица и наступившими последствиями, деяние будет считаться совершенным невиновно, что исключает уголовную ответственность. Главной характеристикой для оценки деяния как невиновного причинения вреда является отсутствие у лица, совершившего деяние, возможности и обязанности осознавать или предвидеть наступление общественно опасных последствий. [здесь и далее приведены «Комментарии к УК РФ», М., «Юрайт», 2005]

В случае ухудшения жизни народа говорить о невиновном причинении вреда со стороны законодательной и исполнительной власти не приходится. Считать, что законодатели, реализуя те или иные инициативы, не осознавали последствия этих инициатив, конечно, можно. Но говорить о том, что они по обстоятельствам дела не могли их осознавать, не приходится. И,  тем более, не приходится говорить о том, что у них нет обязанности предвидения таких последствий. И Президент, и депутаты являются должностными лицами государства, и считать, что они не могут и не должны предвидеть последствия своих инициатив, можно только удачной шутки ради.

Поскольку Президент и депутаты обязаны предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий в результате своих действий, то в случае их наступления, речь может идти о преступлении, совершенном по неосторожности (небрежности или легкомыслию).

Действующий УК РФ (ст. 26) неосторожными характеризует такие действия лица, результат наступления которых в виде общественно опасных последствий лицо либо не предвидело, не смотря на обязанность предвидеть, либо предвидело, но в силу самонадеянного расчета, не основанного на реальных факторах, конкрет­ных особенностях обстановки и т.п., предполагало избежать их наступления. В первом случае речь идет о небрежности, во втором – о легкомыслии.

Обязанность предвидения последствий своего поведения устанавливается исходя из требований к по­ведению, предъявляемых к лицам определенной профессии, занимающимся соответствующей деятельностью, или же на осно­ве правил предусмотрительности, которые должны соблюдаться любым вменяемым человеком.

Наличие возможности предвидения и предотвращения обще­ственно опасных последствий устанавливается применительно к конкретному лицу, обвиняемому в совершении преступления по небрежности, с учетом его индивидуальных психологических осо­бенностей, жизненного и профессионального опыта, уровня образования, состояния здоровья в момент деяния и т.п., а также конк­ретной объективной ситуации, в которой оказалось данное лицо.

Когда человек, не предвидевший, но обязанный предвидеть и предотвратить общественно опасные последствия, мог, но не сделал этого, есть все основания утверждать о наличии уголовной вины в виде небрежности.

Статьями, по которым УК предусмотрено наказание вплоть до лишения свободы за причинение вреда по неосторожности, являются, например,  ст. 109 «Причинение смерти по неосторожности» и ст. 118 «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности». В этих статьях  предусмотрены квалифицирующие признаки рассматриваемого  преступления вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ст. 109, ч.2). Поскольку объектом преступления является не только жизнь человека, но и общественные отношения в сфере выполнения лицом своих профессиональных обязанностей, то  ответственность повышается. Повыше­ние ответственности в этих случаях связано с тем, что лицо, ис­полняющее профессиональные обязанности, должно соблюдать наряду с общими и специальные правила безопасности, обус­ловленные профессиональной деятельностью.

При неосторожности виновный не относится к смерти потерпевшего безразлично, он рассчитывает на свои силы, умение, ловкость, профессиональное мастерство, на то, что в результате принятых им мер либо в результате действий других лиц или каких-либо иных конкретных факторов удастся избежать смертельного ис­хода. Однако в силу того, что виновный в этих случаях не прояв­ляет должной предусмотрительности, недостаточно учитывает свои возможности или возможности других лиц, смертельный результат все же наступает.

По ч.2 статьи 109 УК РФ могут быть привлечены к ответственности медицинские работники, воспитатели детских учреждений и другие лица, причинившие смерть по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей».

Юридическая практика

«Октябрьский районный суд города Ижевска вынес приговор учителю Алексею Соколову и признал его виновным по ч.2 ст. 109 УК России (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей). Ему назначено наказание в виде двух лет лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года и лишением права заниматься педагогической деятельностью 2 года.

19 сентября минувшего года учащийся 10 класса одной из школ Ижевска скончался на уроке физкультуры во время бега на стометровой дистанции. Причиной смерти подростка явилась острая сердечная недостаточность.

В ходе судебного рассмотрения установлено, что ученик состоял на медицинском учете с диагнозом «врожденный порок сердца» и был зачислен в специальную группу, которая предусматривает ограниченный допуск к физическим нагрузкам. Однако учитель не предпринял мер к отстранению его от участия в сдаче норматива».  [ИА «ВолгаИнформ»]

 

«Башкирские стоматологи случайно убили пятилетнего мальчика.

Стоматолога, на приеме у которой умер 4-летний мальчик, приговорили к одному году лишения свободы в исправительной колонии.

Трагедия произошла в феврале 2005 года. С разболевшимся зубом 4-летнего Артема Иванова бабушка привела к стоматологу. После укола лидокаина ребенок начал биться в судорогах, потерял сознание. Мальчика срочно госпитализировали, но спасти не смогли - примерно через час после злополучного укола Артем умер.

Судмедэкспертиза установила, что причиной смерти ребенка стала передозировка лидокаина.

Стоматолог Наталья Першина от пережитого стресса попала в психиатрическую клинику. Суд, состоявшийся после выписки Натальи Першиной из больницы, признал женщину виновной в причинении смерти по неосторожности и приговорил ее к одному году лишения свободы в колонии общего режима. Кроме того, Наталье  запрещено два года заниматься врачебной практикой. Поликлиника должна будет выплатить семье погибшего ребенка 200 тысяч рублей компенсации». [www.rg.ru]

Таким образом, и учитель, и врач были наказаны без учета их субъективного отношения к совершаемому. Ведь ни тот, ни другая не желали смерти детям! Их вина была в неосторожности. Но ни одному из юристов не приходит в голову говорить, что при  наказании врача и учителя применен «порочный принцип объективного вменения».

Поэтому  попытка депутатов “пришить” системе ответственности, основанной на каком-то подобии суда народа, объективное вменение, несостоятельна.  Вполне можно квалифицировать практически любые действия президента как неосторожность, то есть такое стечение обстоятельств, когда он знал о возможных негативных последствиях (скажем, ухудшения жизни определенных слоев населения в результате тех или иных его действий), но относился к ним безразлично, желал их наступления, или недооценивал их опасность. Пусть у Президента и не было умысла именно на общественно опасные последствия его действий, но очень мала вероятность того, что он не знал и не мог знать о них. Очевидно, что при проведении  реформы ЖКХ, например,  Президент обязан знать и учитывать возможные негативные последствия в виде лишения ряда людей жилья, разрушения коммуникаций и т.д. Если же он знал о них, но, тем не менее, не позаботился о предотвращении – о невиновном причинении вреда говорить нельзя. Президент имеет все условия для привлечения всех возможных экспертов, оценки всех последствий предпринимаемых им действий. Ни о каком объективном вменении здесь и речи быть не может. Можно было бы об этом говорить, если бы вина за развал ЖКХ возлагалась не на Президента, заранее соглашающегося на такой способ оценки его работы, а на назначенного по жребию гражданина РФ, действительно ни сном, ни духом об этом не знавшего и не имевшего рычагов воздействия на ситуацию

Итак, ухудшение жизни народа – это преступление, совершенное по неосторожности. Ставшее возможным из-за добросовестных ошибок или некомпетентности. Если же ухудшение жизни народа произойдет в результате недобрых намерений депутатов и президента, то такое преступление не будет рассматриваться Судом народа (об этом ниже).

Действующий  Уголовный кодекс предусматривает ответственность за преступления, совершенные по неосторожности, более того, в уголовном праве подчеркивается, что, поскольку описываемые преступления относятся к сфере выполнения лицом своих профессиональных обязанностей, то ответственность в данном случае только повышается. Почему же в случае профессиональной деятельности законодателей должны применяться иные принципы?

Должностные инструкции

Так как по УК вина в виде неосторожности вменяется лицам, исполняющим профессиональные обязанности, и поэтому обязанным предвидеть последствия своих действий, то возникает здравая мысль, что должен существовать некий круг полномочий, закрепленный в конкретном законе либо ином нормативном правовом акте, а также в соответствующих должностных инструкциях, приказах, распоряжениях. Именно за неисполнение или ненадлежащее исполнение этих регламентированных обязанностей предусматривается ответственность для должностных лиц по ст. 293 УК РФ «Халатность».

Под должностными лицами понимаются служащие государственных учреждений, организаций, имеющие право совершать юридически значимые действия. Содержание и объем таких юридических действий определяются занимаемой должностью. Причем отсутствие надлежаще оформленного правового акта о круге обязанностей должностного лица исключает ответственность за халатность. Уголовно наказуемая халатность предполагает в обязательном порядке, что исполнение соответствующих обязанностей входило в круг правомочий должностного лица, закрепленных в конкретном законе либо ином нормативном правовом акте, а также в соответствующих должностных инструкциях, приказах, распоряжениях и т.д.

А при решении вопроса об ответственности должностного лица за совершение данного преступления необходимо устанавливать, какие конкретно обязанности не были исполнены либо исполнены им ненадлежаще и имелась ли у него реальная возможность исполнить их должным образом. В случае, когда такая возможность отсутствовала, ответственность по комментируемой статье исключается. Признавая лицо виновным в преступной халатности, суд в приговоре должен указать, в чем конкретно она выражалась и имеется ли причинная связь между бездействием лица и наступившими последствиями.

В свое время руководители Чернобыльской АЭС были наказаны за то, что не обеспечили надлежащее выполнение требований правил безопасной эксплуатации атомных энергетических установок, не добились повышения персональной ответственности каждого работника за строгое соблюдение технологической дисциплины, не уделяли должного внимания вопросам профессиональной подготовки оперативного персонала.

«Судебная коллегия Верховного Суда СССР в июле 1987 года признала, что основными причинами, приведшими к аварии на Чернобыльской АЭС, явились грубые нарушения установленных правил ядерной безопасности, допущенные руководством АЭС, которые за это были приговорены к различным срокам лишения свободы. Суд признал, что "безответственное отношение руководства и эксплуатационного персонала АЭС к требованиям нормативных документов, неукоснительное выполнение которых гарантировало безопасность эксплуатации станции, имело место еще задолго до аварии». [www.rambler.ru]

Вот и в нашем случае, считают оппоненты, необходимо создать что-то вроде должностной инструкции депутата Государственной думы, в которой прописать его права, обязанности и ответственность за неисполнение обязанностей. В противном случае, спрашивать с них не за что. Юрист движения “За Возрождение Урала” (Челябинск) считает, что формулировка «ухудшение жизни народа» является размытой и что считать преступлением это нельзя. А переживающий за идею тов. Подшивалов пишет [«Разбираем цели АВН»] (это относится к формулировке ст. 138, но ее уместно разобрать именно здесь):

«Вы должны отыскать подходящую формулировку в Конституции, поскольку она определяет права и обязанности Президента и Федерального Собрания. Точнее по смыслу Вашего предложения будет формулировка "Неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей по..." Вы предлагаете использовать формулировку "Защита граждан РФ". Какую защиту вы имеете в виду? Физическую, вооруженную, правовую и т.д.? Можно создать мощные вооруженные силы и абсолютно ничего не делать для защиты духовных и нравственных ценностей. Предлагаю Вам рассмотреть формулировку "по защите интересов Российской Федерации, прав ее граждан". По-моему, такая формулировка точнее».

Почему обычного уголовного права недостаточно для регулирования действий власти? Казалось бы, достаточно прописать обязанности власти, понапринимать замечательных законов, создать честную прокуратуру - и за малейшее нарушение закона любой руководитель будет наказан. Ведь Уголовного Кодекса бывает вполне достаточно и для наказания за многие преступления власти. Таковы, например, действия по разрушению СССР, расстрел Верховного Совета, приватизация и прочее воровство. Но ведь закон «О суде народа» предлагается не для того, чтобы судить должностных лиц государства за обычные уголовные преступления.

А кто знает обязанности Президента?  Кто способен оценить, надлежаще или ненадлежаще он их исполнял? Не надо делать из избирателей дураков, которые обязаны будут верить каким-то умникам, которые, в свою очередь, будут им растолковывать - надлежаще или нет Президент исполняет обязанности. Возможно ли вообще предусмотреть все жизненные ситуации и записать в закон, как Президент и депутаты должны в них действовать?! Дело в том, что в практике управления постоянно встречаются оригинальные, неповторимые ситуации. На все случаи жизни статей и должностных инструкций не напасёшься. А уголовное право создано, по большому счёту, чтобы регулировать бытовые взаимоотношения «маленьких людей». Там результат каждого действия - непосредственный (махнул топором - убил). А результат действий власти часто проявляется опосредованно, косвенно. Так, пыльные бури в Казахстане стали опосредованным и задержанным результатом решения о поспешном освоении Целины. С точки зрения уголовного права очень трудно притянуть действия Хрущёва под конкретную статью: он мог сказать, что не знал о последствиях. Но обязанность руководителя предусмотреть все основные последствия! Ведь ущерб экономике страны от действия, не попадающего в сферу обычного уголовного права, колоссален. А ситуация, когда за колоссальный ущерб никто не понесет ответственности, абсурдна. Абсурд этот устраняется с помощью суда народа над властью, когда действия руководителя оцениваются по их конечному результату независимо от того, как он сам оценивал последствия своих действий, и какое у него было к ним субъективное отношение. И в случае существования закона «О суде народа», Хрущев был бы наказан не за экономический ущерб, нанесенный СССР, ибо с этой задачей уголовный кодекс бы не справился, а за ухудшение жизни народа, наступившее в результате непродуманной политики и проявившееся в росте цен на продукты, разрушении без весомых причин коренного уклада жизни местных жителей и т.п.

А судьи кто?

«Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке". [Ст.49 Конституции РФ]

«Правосудие в Российской Федерации осуществляется только судами, учрежденными в соответствии с Конституцией Российской Федерации и настоящим Федеральным конституционным законом». [Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» с изменениями на 22.08.2004, ст. 4 «Суды в Российской Федерации»]

«Решение о признании физического лица виновным в уголовном преступлении и назначение наказания может производиться только судом, а не как не «народным референдумом». Замена объективного следствия субъективным мнением (а, проще говоря, произволом) участников «референдума» сделает Российское государство как раз таки не правовым (к чему, по всей видимости, стремится автор проекта), а элементарной охлократией - властью толпы». [фрагмент цитировавшегося выше письма «мужественного» безымянного юриста ОД «За возрождение Урала»]

Основным отличием суда народа от классического, по мнению юриста – “патриота”, является субъективное мнение, на основании которого будет выноситься вердикт. Прежде чем сравнивать степень субъективности  различных мнений, обратим внимание, на основании чего принимают решение профессиональные работники правосудия. Юристам, если они это забыли, будет не бесполезно освежить профессиональные знания:

Ст. 17 Уголовно-процессуального кодекса РФ «Свобода оценки доказательств»

«Судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью».

Итак, тем лицам, которые в настоящее время проводят дознание, следствие и вершат суд, законами дозволено осуществлять  это на основании своих внутренних убеждений. И никому не приходит в голову называть их действия основанными на субъективном мнении. Более того, именно эти действия, осуществленные в соответствии с  внутренним  убеждением (говоря языком трусливого юриста  - произволом), считаются объективным следствием.

Чем же отличаются судьи, присяжные заседатели, прокуроры, следователи и дознаватели от остальных граждан России? Почему им можно посадить человека в тюрьму по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, а всему народу России сделать тоже самое в отношении депутатов нельзя? Почему никому не кажется странным, что приговорить человека к тюремному заключению, а то и к высшей мере наказания может другой такой же человек? Что такое есть у этого человека, что позволяет ему обращаться с человеческими судьбами: лишать свободы или жизни?

Закон «О статусе судей в Российской Федерации» конкретизирует требования, необходимые для занятия должности судьи: им может быть любой гражданин Российской Федерации, достигший установленного настоящим Законом возраста,  имеющий высшее юридическое образование, требуемый стаж работы по юридической профессии, не имеющий заболеваний, препятствующих назначению на должность судьи, сдавший квалификационный экзамен на должность судьи, а также соответствующий требованиям федеральных конституционных законов и  федеральных законов.

Таким образом, стать судьей имеет право человек с высшим юридическим образованием. Обязанности судьи – оценка и исследование доказательств,  представленных защитой и обвинением с целью определения их допустимости, вынесение на основании собственного убеждения (совести) вердикта о виновности обвиняемого (в соответствии со статьей 17 УПК)  и назначение меры наказания в соответствии с квалификацией преступления. В случае суда присяжных обязанность вынесения вердикта о виновности или невиновности обвиняемого передается присяжным заседателям, которые, как и судья, обязаны выносить свое решение  в соответствии с внутренним убеждением (совестью).

И в том, и в другом случае правосудие осуществляется не лично судьей, не присяжными, не обвинителями и не защитой, а судом.

Если бы юристы не были ослеплены своими знаниями, они бы обратили внимание, что признавать лицо виновным и назначать наказание будет не референдум. На референдуме планируется принять закон «О суде народа». А судить депутатов и Президента будет именно суд, только не такой, к которому все привыкли. И принимать решение каждый участник суда народа будет, основываясь на собственном убеждении и всей совокупности имеющихся у него доказательств относительно вины и заслуг власти России. Точно так же, как это делают остальные граждане России: следователи, дознаватели, прокуроры, судьи и присяжные,  которых законы России наделили такими полномочиями.

Поскольку ст. 49 Конституции РФ требует доказательства вины человека только судом, то в соответствии с этим требованием, настоящий закон и поправка к Конституции (ст. 138), принимаемые на референдуме устанавливают новый вид суда в РФ – суд народа над Президентом и депутатами ФС. Статус закона, принятого прямым волеизъявлением народа выше, чем федерального закона, принимаемого депутатами. Поэтому воля народа, высказанная на всенародном голосовании по принятию закона «О суде народа», даст каждому избирателю такие же права, какие законодатель, избранный теми же избирателями, дал присяжным заседателям для вынесения ими решения о виновности или невиновности подсудимого.

А все дееспособные граждане России станут кем-то вроде присяжных. И тоже получат право оценивать доказательства на основании своего внутреннего убеждения. В соответствии с законами России.

Что касается присяжных заседателей. В главе «Что вы должны для нас делать» было разобрано почему суд, состоящий из 100 млн «присяжных» заседателей беспристрастнее и независимее суда из 12 присяжных. Здесь следует добавить, что если 12 гражданам,   отобранным секретарем  судебного заседания или помощником судьи в присяжные путем случайной выборки  (ст. 326 УПК РФ)  законом допускается оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, и выносить вердикт о виновности либо невиновности по более тяжким преступлениям, то тоже самое допустимо и для 100 млн «заседателей» - участников суда народа. Если 12 случайных лиц могут объявить Президента виновным в более тяжком преступлении (государственной измене, например), то 100 млн. избирателей могут осудить его всего на 4 года тюрьмы!  Надо только принять закон – закон «О суде народа».

Ошибка правосудия исключена самим законом!

Но! - говорят оппоненты. Нельзя сравнивать внутренние убеждения профессиональных юристов, обладающих специальными знаниями, с внутренними убеждениями членов суда народа, таковых знаний не имеющих. В силу профессиональной подготовки юристов их внутренние убеждения есть вещь объективная, в отличие от  внутренних убеждений членов суда народа, которые из-за отсутствия у них профессиональной подготовки остаются субъективными.

Все дело в компетентности, утверждают оппоненты. Г-н Верстов [«Пилите, Юра, пилите»] пишет:

«О компетентности - разговор особый. Ст. 4 возносит каждого избирателя в ранг судьи, который «выражает свою волю в этом вопросе на основе только своего собственного убеждения...». Для того чтобы сформировать эти убеждения, причём безошибочные и сразу по целому кругу вопросов - экономических, политических, военных и пр., нужно иметь колоссальный объём информации, сравнимый с тем, который имеет, например, Президент, если речь идёт о суде над Президентом. Но у Президента есть сотни штатных и внештатных советников, у избирателя их нет! У Президента есть десятки источников открытой и закрытой информации, у избирателя их нет. Избиратель получает только ту дозу информации, которую дают ему СМИ. Можно ли при столь малом объёме информации принять ответственное решение? Конечно же нет!

Я уже не говорю о таком «пустяке», как наличие способности переварить громадный объем информации, проанализировать и сделать правильные выводы, после чего принять ответственное решение. Такие способности никогда не относились к числу массовых, что ещё более ставит под сомнение ответственность решения. А коль не будет ответственных решений избирателей, то Вы превратите «Суд Народа» в Рулетку с непредсказуемым результатом, абсолютно ничего не отражающим даже в биполярной системе «плохой - хороший» по конечному результату деятельности. Чтобы рассуждать, нужно в деталях знать предмет, о котором рассуждаешь. Ну, а чтобы грамотно рассуждать нужно не только знать в деталях, но и иметь соответствующий интеллектуальный уровень. Иначе говоря, чтобы судить Президента, каждый избиратель должен быть на уровне Президента».

Рассуждения о компетентности избирателей являются любимой темой политических дельцов. Причем их позиция настолько лицемерна, что о ней даже говорить неприятно. Ведь выборы - это и есть суд. И вопрос, решаемый на выборах, более сложный: кого из нескольких профессионалов, еще не опробованных в деле, избрать?  Избиратель судит, кто лучше - Путин или Зюганов? Тут избиратель, видите ли,  умный! А вот через 4 года уже по делам осудить Путина - нельзя! И нельзя потому, что тот же избиратель уже стал дураком. Но он все равно умный, поскольку ему позволяют снова судить о профпригодности очередных кандидатов во власть. Так кто же все же избиратель - умный или дурак?

Иными словами, политики согласны потакать избирателю, называть его действия красивыми и умными словами – «выбор народа», «доверие народа» и т.д. – но только до тех пор, пока от этого самого выбора или доверия  им лично ничего в плане наказания не грозит. А как только на горизонте замаячит настоящая ответственность перед избирателем, маски оказываются сброшенными,  и выдвигается тезис о некомпетентности избирателя назначать по своему усмотрению какое-либо наказание для депутатов.

Единственное дело, где необходимы профессиональные юридические знания (юридическая компетентность) – это именно дело судьи, дело вынесения справедливого приговора. Присяжные, отвечая на вопросы, поставленные перед ними судом, выносят вердикт – виновен обвиняемый или невиновен. А вот степень тяжести наказания определяет судья, основываясь на профессиональных знаниях и собственном убеждении. Но законом «О суде народа» степень тяжести наказания уже определена – это тюремное заключение на срок пребывания у власти.  То есть опасность судебной ошибки – назначения слишком сурового или слишком мягкого наказания – устранена самим законом, поэтому участия профессионального судьи не требуется – наказание не нужно выбирать, оно уже определено соответствующей статьей закона.

Но! – снова возражают оппоненты. Заседателям для принятия решения о виновности или невиновности доказательства готовят обвинители, защита, эксперты. Им их работу разъясняет профессиональный судья, следит за тем, чтобы им предоставляли только надлежащие доказательства. И заседатели опираются на доказательства, подготовленные компетентными людьми, в отличие от членов суда народа, которые будут принимать решение без участия специалистов.

«Доля их вины за это уже определена заранее, - они виновны во всем! При этом совершенно забывается, что эти люди также являются гражданами нашего государства, и имеют право на защиту законом, который говорит однозначно: «всякий человек считается невиновным, пока вина его не будет доказана в суде». – продолжает стенать анонимный юрист из общественного движения «За возрождение Урала».

Но все эти действия судьи направлены на то, чтобы сохранить равенство сторон в процессе, т.е. не позволить обвиняющей стороне создать предвзятое мнение у присяжных заседателей по поводу виновности обвиняемого. Да, на суде народа не предусмотрено участие судьи с целью обеспечения равенства сторон, но сделано это с целью поставить в привилегированное положение именно сторону обвиняемого, сторону защиты. Это ее доказательства, представляемые присяжным-членам суда народа никто не анализирует на достоверность и допустимость. Это ее высказывания никто не ограничивает по длительности и форме. Это ее доводы могут быть представлены не только в газетах, но и на телевидении и радио. Обвиняемая сторона имеет в своем распоряжении огромный административный и информационный ресурс (гос. СМИ, влияние на частные СМИ и т.д.), которого не имеет обычный обвиняемый в обычном суде. Сроки предоставления доказательств своей невиновности не снились ни одному подсудимому - в течение 4-х лет обвиняемая сторона – Президент и депутаты вольны предъявлять будущим присяжным все мыслимые доказательства своей невиновности – никакие эксперты в это не вмешиваются, наоборот, власть может привлекать экспертов, которые подтвердят, что ее доводы – объективны и весомы, а доводы обвинения – ложны и предвзяты. 4 года – срок не малый для того, чтобы защититься перед лицом суда народа, или хотя бы разъяснить народу, почему не получается улучшить его жизнь! Но решать-то в любом случае будут «присяжные» - участники суда народа. Решать, основываясь только на своем внутреннем убеждении, на своей совести – весомы ли доводы власти в свое оправдание, или нет.

Кто может после этого сказать, что положение Президента и депутатов на суде народа не много более благоприятно, чем обычного обвиняемого на обычном суде?

Таким образом, задача суда народа совсем не сложная в отличие от задачи обычного суда. Настолько не сложная, что в этом «судебном заседании» судья вообще не предусмотрен. В нем будут принимать участие только «присяжные заседатели». А необычность суда народа для обвиняемой стороны будет компенсирована неслыханными в обычном суде льготами. А если и этого не хватит, то пенять в этом случае на несправедливый приговор, значит, проявлять непростительное малодушие. Закон «О суде народа» задним числом не вводится, критерии, по которым народ будет  выносить свой вердикт, известны. А силой избираться никто не заставляет.

О компетентности судей

В оценке работы специалиста неспециалистами нет ничего необычного. Эти постоянно занимается каждый человек, нисколько не смущаясь своей некомпетентности. В главе 9 «Иные способы передачи власти народу» на примере с прорабом было показано, что единственно разумный вариант оценки работы профессионала некомпетентным человеком – это оценка работы по конечному результату.

Абсолютно такая же ситуация с выбором «прорабов»  для строительства, ремонта и эксплуатации государства - депутатов. Умный человек, некомпетентный  в вопросах государственного устройства, скажет  им  то же самое: "Ремонтируйте государство. Но если через 4 года моя жизнь не улучшится - сядете в тюрьму". Улучшение жизни – это есть очевидный результат.

Но почему-то отдельные граждане считают, что такой показатель, как качество жизни, можно свести к отдельным характеристикам и контрольным показателям, которые будут рассчитываться объективно. В число таких параметров  предлагается включить и ожидаемую продолжительность жизни, и уровень естественного воспроизводства населения, и агрессивность общества, характеризующееся количеством убийств, и количество разводов и пр. А контроль над состоянием параметров оценивать по показателям ВВП на душу населения, объема промышленного производства, уровню реальных доходов населения, разрыву между доходами самых бедных и самых богатых, уровню безработицы и многим другим. Причем оценку предполагается конкретизировать некими граничными условиями.  И как пример такового условия: “размер минимальной зарплаты равен прожиточному минимуму”. При невыполнении граничных условий “все, кто к этому причастен, отстраняются от власти под судебное разбирательство в соответствии с действующими законами”. [«Можно ли доверять законотворчество ученым?»«Оценивать ли жизнь по показателям»]

Такая позиция категорически не приемлема. Необходимо постоянно помнить, с какой целью мы пытаемся преобразовать наше государство. Эта цель – передача власти народу России. Формальное обладание властью очень сильно отличается от фактического. Существование свадебных генералов и серых кардиналов подтверждает это. И упустить власть из своих рук элементарно просто. Для этого достаточно перестать вникать в вопросы, по которым необходимо личное принятие решений, по существу.  Тогда решения будут готовиться кем-то иным, и фактическая власть будет у того, кто эти решения готовит. В главе «Иные способы передачи власти народу» было приведено интервью Дерипаски бюллетеню «Время Евразии», он продолжает на эту же тему:

«Именно сейчас российская власть, то есть люди, способные принимать решения, принимают их таким образом, чтобы выстраивать систему управления госаппаратом, масс-медиа, и прочим элементами управления массами. Нам сейчас никто не мешает. И хорошие менеджеры для этого нашлись. Группа людей, осуществляющих власть, скажем, в государстве, принимает решение о форме этой власти. Сейчас, например, это форма демократии, когда широкая публика убеждена, что ими управляют те, кого они выбрали в кабинках для голосования. В какой-то степени так оно и есть.

После первого решения носители настоящей власти принимают решение - кто будет во главе структуры управления, один из них, или кто-либо наемный. В России, например, наемный менеджер. После этого принятые решения формализуются и реализуются».

Дерипаска, конечно, волен выдавать желаемое за действительное, приближая собственные мечты. Одного такого же представителя крупного бизнеса «наемные топ-менеджеры» отправили в Читинскую область, а другой нашел убежище в Лондоне. Но Дерипаска абсолютно прав, раскрывая механизмы власти. Можно установить контроль над топ-менеджерами, используя различные  механизмы, а можно и воспользоваться их занятостью, невозможностью оперативно вникнуть в важные вопросы.  Для этого надо просто подготовить выгодное для себя решение и, воспользовавшись обстоятельствами, утвердить его у формального обладателя власти.

Ведь если начать оценивать работу руководителей по количественным показателям, то возникают 2 вопроса: кто их будет рассчитывать, и кто будет по ним выносить вердикт о виновности или невиновности? Очевидно, что избиратели с задачей расчета справиться не смогут в силу отсутствия у них специальных знаний и необходимой для расчета информации. Ученые Российской Академии Наук предлагают создать экспертные комиссии, состоящие из членов научного сообщества. Эти комиссии будут представлять свою экспертизу в Счетную палату, которая в качестве обвинителя совместно с общероссийскими оппозиционными партиями и правозащитными организациями обратится в Верховный Суд для оценки адекватности деятельности высшей государственной власти. Свидетельствовать в Верховном Суде будут Госкомстат РФ и все те же экспертные комиссии ученых. Предполагается формировать коллегию присяжных заседателей в количестве не менее 400 человек методом случайной выборки из граждан России. Итогом слушаний станет признание (или непризнание) Верховным судом в лице присяжных заседателей ответственности высшей государственной власти за неэффективные или опасные действия.

Надуманность и явная академичность подобной схемы очевидна. Ученым не пришло в голову,  ученые позаботились об этом. и депутатов через комплекс параметров непосредственно народом невозможна. что судебный процесс судьи должны вести строго руководствуясь процессуальными нормами. Не только судьи, но и обвинители и эксперты не должны быть заинтересованы в исходе суда, должны быть в данном случае независимы от власти. А здесь и Счетная палата, и Госкомстат будут обвинять тех, кто их назначает на должность! Чтобы их с работы выгнали? Когда прокурор обвиняет, то он, по закону, может быть наказан за подтасовку доказательств обвинения или их утаивание. Свидетели и эксперты могут быть за ложные показания и экспертизы также посажены в тюрьму. А как будет отвечать  группа ученых за то, что за небольшие деньги извратят любые свои заключения? Никак? [«Можно ли доверять законотворчество ученым?»«Оценивать ли жизнь по показателям»]

В главе 8 «Власть - народу» было показано, что органы представительной демократии, являясь по своей сути, действительно, демократическими, в любом случае попадают под контроль экономически господствующего класса – капиталистов или партгосноменклатуры. От благородных идей и начинаний остается одна видимость. То же самое произойдет с оценкой работы Президента и депутатов, если ей будет заниматься ограниченная, пусть и большая,  группа лиц. Механизмы влияния и на экспертов, и на чиновников Госкомстата, и на судей с присяжными останутся прежними – от подкупа до запугивания, от формирования всех этих комиссий из проверенных и предсказуемых людей до устранения непредсказуемых. И «олигарх» Дерипаска в своем интервью, не стесняясь, рассказывает о том, как они пользуются этими механизмами. Так неужели группа людей, элита, способная принимать решения и их реализовывать, не найдет способов минимизации риска принятия произвольного и невыгодного для себя решения? В момент подготовки экспертизы и принятия решения присяжными и верховным Судом?

О. Д. - У нас есть очень хороший опыт решения таких проблем в разных регионах, особенно интересно получилось в городе Ачинске. Один профсоюзный лидер пошел против правил, и стал нас шантажировать - пытался отнять глиноземный комбинат, поднять рабочее движение, журналистов, ну и все такое прочее. Этот бедолага, Смоленцев, не учел, что Ачинск - очень криминальный город. Мы всего лишь сняли с профсоюзника всю защиту государства на некоторое время. И почему власть должна защищать тех, кто против нее? И вот криминал узнал про четыре миллиона. Начались акции. Струсил профсоюзник, стал бегать от бандитов, и активисты его попрятались. Некоторое время спустя пошел купаться на пруд, а сердечко от стресса не выдержало - утонул. Теперь нет у нас проблем в Ачинске. Комбинат наш. Журналисты и профсюзники переехали в другие города, сбежали. Так что не стоит доводить дело до массовых беспорядков, нужно действовать с упреждением. Профессионально работать надо.

Так что и параметры посчитают, так как надо, и решение по ним примут тоже какое надо. Не пойдут против правил.

Поэтому есть только один выход сделать так, чтобы исключить попадание оценки деятельности Президента и депутатов под контроль каких-либо групп. Никаких профессиональных расчетов, и никаких ограниченных групп, выносящих по ним вердикт. Нельзя отдавать возможность оценивать и контролировать деятельность руководителей государства  никому, даже самым широким представительным группам народа. Это должен делать только весь народ в лице сегодняшних и будущих граждан страны. Участие в Суде 100 млн избирателей сделает бессмысленным и шантаж и подкуп.

А чтобы народу не  превращаться в толпу придурков, перед которой академики будут размахивать листочками с какими-то цифрами, в которые они будут тыкать пальцами и убеждать, что согласно этих цифр народу стало жить несоизмеримо лучше, оценивать народ должен только на основании единственного критерия, оценить который он способен самостоятельно.  Кроме того, что такой способ оценки не даст власти выскользнуть из рук народа, эта оценка будет наиболее адекватной и объективной.

Cложность и многообразие общественного бытия нельзя свести к функционированию технических или даже биологических систем. Никакое перечисление любого количества “граничных условий” не сможет описать всю сложность и полноту жизни человека. А именно вся жизнь, все ее составляющие  являются базой для определения “по правде” проходит эта жизнь, или нет. Если же жизнь идет не “по правде”, ни один порядочный человек не решит, что его жизнь улучшилась. Простой пример. Пусть все хорошо, и нашли мы добросовестных экспертов, и с минимальной зарплатой все в порядке. Но, возможно, для того, чтобы эту минимальную зарплату выплачивать, власть была вынуждена поставить на поток отправление наших девушек за рубеж, для работы в “массажных” салонах и прочих столь же невинных местах.

С точки зрения УК никаких претензий к власти предъявить будет нельзя – и согласие девушек налицо (кому интересно, что им запудрили мозги еще в школьном возрасте пропагандой “свободного секса” и завидной судьбой “маленьких Вер”?), и налоги вовремя уплачены и так далее. Но будет ли достигнутое такой ценой выполнение граничных условий свидетельством хорошей работы Президента и депутатов? Вопрос, разумеется, риторический. Можно ответить, что в граничные условия будет записано, что девушек в “массажные” салоны посылать нельзя и чтобы население не вымирало по 1.5 млн. в год. Но ведь это только отдельные примеры. Придется все больше и больше расширять список “граничных условий”.  Рано или поздно, в полном соответствии с законами диалектики обширное количество “граничных условий” перейдет в новое качество, и  выразится в чеканной формулировке закона «О Суде народа»: “Каждый избиратель выражает свою волю в этом вопросе на основе только своего собственного убеждения относительно вины и заслуг власти России”. Суммирование оценок каждого избирателя, высказывающего свое мнение о вине власти в улучшении или ухудшении без объективных причины его собственной жизни опосредовано включит в себя и влияние роста душевого ВВП на жизнь людей, и достаточность минимальной зарплаты, и недовольство народа убылью населения “на 1.5 млн. в год” и многие, многие другие факторы, дав, тем самым, в конечном итоге, интегральное выражение для всех мыслимых и немыслимых “граничных условий”, которые ученые хотели бы перечислить отдельными пунктами.

Возможность давать оценки ценностного характера является основным отличием мира живого от неживого. То, как чувствует себя человек, невозможно исчерпывающе определить с помощью технических средств – недаром, даже в процессе самого детального медицинского обследования, врач всегда спрашивает – “как вы себя чувствуете?”, и получает в ответ – “лучше - хуже”. Конечно, некоторых пациентов таким образом удается уличить в симуляции – но опять же делает это врач – т.е. другое живое существо, давая интегральную оценку состояния человека. Жизнь, как особая форма существования белковых тел, тем и отличается от «нежизни», что живые организмы оперируют, в первую очередь, ценностями – “лучше - хуже”, “хорошо - плохо”, “нравится - не нравится”, “больно - не больно”, «любит – не любит». А поскольку общество состоит из живых людей – вывод очевиден. Никакой объективной оценки состояния общества без привлечения субъективных оценок членов этого общества вынести невозможно – просто по самой природе живого. Этот “парадокс” давно и всем известен в форме народной мудрости “не хлебом единым жив человек”. В практическом плане снятие этого “парадокса”, т.е. обеспечение объективности оценки достигается суммированием большого количества именно субъективных оценок. Очевидно, что состояние общества должно оцениваться интегральной характеристикой состояний его членов, по крайней мере, обязательно включать в себя эту оценку. Единичные ошибки, предвзятость, мстительность тех или иных граждан компенсируются суммой 100 млн оценок.

Необходимо исходить из ясного представления того, зачем человеку нужно государство - для организации коллективной защиты граждан, улучшения жизни народа в случаях, когда в одиночку защититься невозможно или невыгодно. Здоровый человек не может найти работу - он беззащитен, больной не может получить лечения (платного или нет - второй вопрос) - он беззащитен. Человека обворовали бандиты - он беззащитен. И т.д. и т.п. "Плохое" - это самая общая характеристика, которая может быть оценена только личным восприятием каждого гражданина - его собственная жизнь стала лучше или хуже? Пусть власть докажет ему, что его жизнь ее стараниями стала лучше. Не докажет - ей никакие юристы не помогут и не должны помочь.

Кухарка, шахтер, шофер, грузчик, возможно, не способны судить о том, что происходит в государстве. Но они способны судить компетентно о собственной жизни, о том, стала она лучше или хуже. Это единственный вопрос, в котором они разбираются лучше кого бы то ни было, в котором они более или менее справедливые судьи. И ни о чем ином, в чем избиратели некомпетентны, им своего суждения высказывать не придется. Поэтому наказание или поощрение, назначаемое ими, будет справедливым и будет сделано по делу.

И это будет  неожиданным воплощением  мечты В.И.Ленина, который считал, что «для уничтожения государства необходимо превращение функций государственной службы в такие простые операции контроля и учета (выделено авт.), которые доступны, подсильны большинству населения, а затем и всему населению поголовно» [В.И. Ленин «Государство и революция»]. Оценка уровня собственной жизни – это операция контроля проще некуда! Только Владимир Ильич считал, что население эти функции будет выполнять в составе неких организационных структур, но это, как выясняется, излишне. Способ, предлагаемый нами, гораздо изящнее.

О суде по результату

Согласно существующему уголовному праву деяние (действие или бездействие) становится преступлением только тогда, когда наступают общественно-опасные последствия. Если таких последствий не наступило, то уголовной ответственности тоже быть не должно. Сравнивая депутатские и президентские полномочия с работой водителя автобуса, который отвечает за безопасность, жизнь и здоровье пассажиров, депутат В.В. Игрунов заметил: «Если водитель попадает в аварию, он отвечает в суде. И это правильно. А если его будут тащить в суд после каждого рейса? Так и с депутатами и президентами. Если президент натворил дел, подавайте в суд». ["Требуют безнаказанности", «Дуэль», N 125]

Действительно, почему в обычный суд попадают только некоторые граждане, а под суд народа, согласно закону «О суде народа», подпадает каждый парламент и каждый президент? В обычном суде судят, когда налицо признаки преступления - труп убитого или ограбленная квартира. А зачем судить власть, если в стране и так всё благополучно?

Здесь возникает  принципиальное отличие права, устанавливаемого законом «О суде народа», от уголовного. Задача обычного суда - установить виновность подсудимого в совершении преступления, притом что сам факт преступления, как правило, известен (по крайней мере, налицо негативные последствия). В случае суда народа над властью ситуация обратная. Особенность Закона «О суде народа» заключается в том, что, в отличие от прочих преступлений, описываемых в уголовном кодексе, ответственность за которые наступает ввиду совершения преступником конкретных действий (например, кража, убийство, грабеж, дача взятки должностному лицу и т.д.), ответственность за преступление перед народом России наступает по результату тех действий или бездействий, которые предприняли люди, являющиеся депутатами и Президентом.

Виновный заведомо известен - это президент и депутаты, а задача суда народа - установить, виновны ли они в улучшении или ухудшении жизни народа, совершили ли они преступление или подвиг.

Связано это с тем, что невозможно заранее указать, какое действие или бездействие приведет в результате к плохой организации защиты народа и к ухудшению его жизни. В разных обстоятельствах эти действия могут быть разными, поэтому единственным способом обеспечить ответственность депутатов ФС и Президента является наказание или поощрение по конечному результату.

Если большинство граждан страны отмечает, что их жизнь ухудшилась, и произошло это, с их точки зрения, без объективных причин – в этом, безусловно, есть вина депутатов и Президента, так как, даже если причиной ухудшения жизни граждан были объективные обстоятельства – они не были в понятной форме разъяснены людям, несмотря на длительное время пребывания у власти нынешних депутатов и Президента.

Ведь кто бы ни правил страной, всё равно будут недовольные. Так что признаки преступления (ухудшение чьей-то жизни) есть всегда. Задача суда народа - установить, действительно ли это ухудшение - массовое явление или единичное. Если массовое, то действия власти - преступление. Если единичное - нет.

О манипуляции мнением избирателей

Кроме того, что сумма огромного количества субъективных оценок будет самой объективной, она менее всего подвержена манипуляции.

«Если учесть, что субъективные оценки еще и управляемы, на чем стояли и стоять будут все пиар-акции, результат может оказаться противоположен задуманному: хорошую власть накажут, а преступную наградят, при том, что закон абсолютизирует любой приговор, в том числе и неверный. Улучшение жизни народа и создание видимости улучшения - это не одно и то же. После принятия Закона мы сможем наблюдать на телевидении такие сюжеты, как «Владимир Путин готовится к полету на Марс», «Анатолий Чубайс дарит тюльпаны женщинам-работницам энергетической отрасли», «Борис Ельцин присутствует на открытии бесплатной рюмочной для работников бюджетных организаций» и тому подобные». [«Есть ли у нас умные слои населения», Дуэль № 295]

Объективные оценки  - результаты расчетов, являются управляемыми в гораздо большей степени. И отношение к их  «объективности» выражается старым анекдотом про экзамен в торговый техникум: «Сколько будет  2х2? Сколько вам надо, столько и будет!». И олигарх Дерипаска, не напрягаясь, затребует такую объективную оценку, какая ему нужна.

А вот в законе «О суде народа» связи между пиаром, рекламой, рейтингами правительства и решением избирателей нет. Пусть правительство делает, что хочет, а избиратель оценку ему ставит не за его действия, а по итогам оценки своей собственной жизни. Избиратель будет оценивать качество своей жизни, а не определять, достоин ли Путин остаться на второй срок президентства. Компетентность избирателя в первом вопросе намного более высока, чем во втором, а, значит, и проманипулировать им в первом случае будет гораздо тяжелее.  Понятное дело, что есть придурки, которые и в этом вопросе беспомощны, и они будут смотреть, как другие голосуют, и тоже так голосовать. Но если сегодня для депутата или президента, это игра в одни ворота - что ни делай и сколько ни воруй, а все равно безнаказан, - то с принятием Закона ситуация будет непредсказуема - гарантии, что сумеешь одурачить даже откровенных придурков, никто не даст.

Ведь возможность манипуляции мнением избирателей заложена в самой процедуре «демократических» выборов. Необходимо разобраться со смыслом соединения двух различных процедур – выборов и оценки сменяемых избранников в одну. Оправдано ли такое соединение?

Вместо того чтобы, по примеру выборов в общественных организациях (партиях, профсоюзах и т. д) и в экономических субъектах (открытые и закрытые акционерные общества и т.д.), перед выборами нового состава руководящих органов, заслушать их отчет о результатах проделанной работы, и вынести им оценку, избирателям приходится подменять оценку голосованием за новых кандидатов.

Легко представить себе реакцию членов партии или профсоюза, а тем более акционеров акционерного общества на предложение не заслушивать и не утверждать отчет Центрального Комитета или Совета директоров о результатах работы, а сразу перейти к голосованию по кандидатурам в новый ЦК или Совет директоров. Выборы нового состава Совета директоров акционерного общества отделены от оценки работы старого Совета директоров, и не могут “смазать” моральную оценку, вынесенную им акционерами при утверждении или не утверждении отчета на годовом собрании.

В политической же системе избиратель не имеет возможности отдельно оценить качество работы высших органов власти, и только потом высказаться о целесообразности выдачи тем же Президенту и депутатам мандата доверия на новый срок. Как любое смешение оценок, этот механизм увеличивает степень манипулируемости избирателями, поскольку позволяет замаскировать неумение и некомпетентность депутатов (президента) агитацией проголосовать за них во избежание худшей альтернативы. Так, например, произошло при перевыборах Б.Ельцина летом 1996 года. Бессилие и неудачи его как президента не получили должной оценки ввиду жесткой манипуляции сознанием избирателей под лозунгами “"Голосуй, а то проиграешь”, “Если не Ельцин – то коммунисты"” и т.д. Множество либерально настроенных избирателей было вынуждено закрыть глаза на некомпетентность и неумение президента справляться со своими обязанностями и проголосовать “сердцем” за его выбор на новый срок исключительно для недопущения во власть “коммунистов.

Суть обмана избирателей при выборах заключается в навязывании им необходимости одновременно давать и оценку работе власти, и выбирать новую власть. Причем власть, если ее выбрали вновь, понимает это как отпущение всех грехов за прошлое, тогда как избиратель - всего лишь дает власти новый шанс. Например, очевидно, что во время выборов президента в 1996 году избиратели отнюдь не простили Ельцину все его прошлые прегрешения, тем более что агитация шла под лозунгом "Коммунисты еще хуже". А после выборов президент автоматически их трактовал как прощение народа за все свои предыдущие грехи.

В случае разделения этапа оценки и новых выборов такая дилемма перед ними не стояла бы: за развал экономики, неправильно проводимые экономические реформы президенту была бы выставлена неудовлетворительная оценка, но это не помешало бы людям отдать голоса в его пользу, если бы они не видели ему другой альтернативы.

Разделение этапа оценки и новых выборов, реализуемое при получении избирателем на участке отдельно от избирательного бюллетеня проекта вердикта сменяемым Президенту (депутатам Федерального Собрания) затруднит возможный обман избирателей. Если Президент не справился с работой, но нет достойных кандидатов на этот пост, он получит вердикт “Достоин наказания”, и, ожидающее его после окончания нового срока наказание, побудит его работать лучше, чтобы заслужить прощение народа за совершенное преступление. Если же оценка сменяемому Президенту не выносится, как это и происходит сейчас, ничто не мешает ему считать выборы на новый срок автоматическим прощением всех прошлых грехов.

В жизненной практике постоянно возникают ситуации, когда работника (специалиста), не справившегося со своим заданием, оставляют дальше работать на своем месте  в силу различных причин – неопытности, невозможности найти замену, неоправданности замены и пр., но, тем не менее, считают необходимым наказать его – снизить размер премиальных, оштрафовать и т.п. То есть, «переизбрание» - отдельно, наказание – отдельно.

Переизбрание – не есть положительная оценка. Это вообще не оценка. Отрицательная оценка (наказание) – не предполагает в обязательном порядке увольнение с работы (не избрание).

Поэтому, чтобы максимально упростить процедуру суда народа, ее имеет смысл совместить с выборами. Это не потребует значительных дополнительных затрат, и это логично и очевидно. Но кроме  бюллетеня с фамилиями кандидатов избиратель получит еще и проект вердикта:

Статья 5. Суд народа над Президентом проводится в момент выборов нового Президента, суд народа над членами Федерального Собрания проводится в момент выборов новых депутатов в Государственную Думу.

Статья 6. В момент выборов каждый избиратель, пришедший на избирательный участок, вместе с бюллетенем получает проект вердикта сменяемому Президенту (Федеральному Собранию). В вердикте три пункта: "Достоин благодарности", "Заслуживает наказания" и "Без последствий". В ходе тайного голосования избиратель выбирает вариант своего решения.

Разумеется, манипулировать мнением участников суда народа тоже можно.   Для этого властьимущим  придется еще дополнительно поднапрячься, затратить толику средств с непредсказуемым результатом (даже Ельцину в 1996 году удалось обеспечить не 100%, а только 50% поддержку, несмотря на всю манипуляцию). Пусть олигархи раскошелятся не только на избирательную кампанию того или иного кандидата, но и на ублажение избирателей на суде народа. Глядишь, денег и не хватит, или меньше останется на покупку футбольных клубов и прочие невинные развлечения. А поскольку обывателя ублажить весьма трудно – дашь ему банку сгущенки, чтобы проголосовал за твое награждение – так он тебя же и посадит – дескать, дал одну, а мог бы две. И это хорошо – пускай подлец во власти непрерывно боится – сможет он своими  серебрениками подкупить все слои населения  или нет. А вот честные и порядочные люди во власти этого не побоятся. Они направят свои усилия, чтобы из обывателей сделать Людей, и не беда, если на этом пути их постигнет незаслуженное наказание. За возможность поддержать свой народ на пути к благополучию и процветанию стоит заплатить и 4-мя годами тюрьмы.

Поэтому возражение о возможности манипуляции мнением участников суда народа, по сути, сводится, к известному “дамскому” аргументу – “или все или ничего”. Если механизм суда народа затрудняет манипуляцию избирателями, но, возможность манипуляции все же остается – значит, надо его отвергнуть вообще? Такая позиция неконструктивна.

Жизнь народа может меняться по объективным причинам

В статье «Вдумчивая критика целей АВН» [«Дуэль», № 196] опубликованы соображения Романа Ш., из которых следует, что

«Жизнь народа может ухудшиться по объективным обстоятельствам, например, из-за ухудшения климата и резкого скачка цен на продукты питания. Это может произойти и при власти, выражающей интересы народа. Точно так же улучшением своей жизни народ может быть обязан объективным обстоятельствам. В свете этого судить представителей власти за то, что среднему обывателю стало хуже или награждать за то, что ему стало лучше, вряд ли справедливо».

Если жизнь народа станет лучше независимо от законодателей, но их за это наградят, что не совсем справедливо, то страшного в этом ничего нет. Повезло. Пусть на везение не рассчитывают, а думают, как дальше работать, чтобы исключить влияние случайностей. А вот если произойдет ухудшение жизни по независящим от законодателей причинам, то, по мнению ряда критиков, наказание за это будет не совсем справедливым. Здесь мы снова сталкиваемся с тем, что в традиционном уголовном праве называется невиновным причинением вреда. Выше мы рассмотрели, что в случае работы депутатов о невиновном причинении вреда речь идти не может, вина их в неосторожности или небрежности. Но допускаем такую ситуацию – не смотря на все усилия законодателей, жизнь ухудшилась из-за разрушительного действия цунами в условиях Алтайского края, например.

Действующее уголовное законодательство рассматривает подобные ситуации как самые сложные. Их особенностью является то, что лицо предвидит наступление общественно опасных последствий, обязано их предотвратить, но не может этого сделать в силу несоответствия своих психофизиологических качеств требованиям экстремальных условий или нервно-пси­хическим перегрузкам. Несмотря на то, что нельзя ставить в вину человеку то, что сделать он не мог при всем желании, максимальном напряжении своих психофизиологических ка­честв в условиях неожиданного возникновения опасной ситуа­ции, крайнего дефицита времени на принятие решения, физи­ческих и психических перегрузок, ссылка на экстремальные условия или нервно-психические перегрузки не может приниматься во внимание, если лицо само создает подобную экстремальную си­туацию, предвидя общественно опасные последствия или не предвидя их, но имея возможность предвидения. Вина не исклю­чается и в тех случаях, когда лицо скрыло свои психофизиоло­гические особенности (недостатки), препятствовавшие занятию определенной профессиональной деятельностью, и именно это повлекло общественно опасные последствия. [комментарий к ст. 28 УК РФ]

Действительно, существуют обстоятельства, когда жизнь народа ухудшается по объективным причинам – например в ситуации жестоких стихийных бедствий, военных лишений и по другим обстоятельствам. Но в этом случае вескость и действительную объективность этих обстоятельств должны взвесить граждане России – члены суда народа, а не просто принять к сведению такие объяснения Президента и депутатов. Посчитают ли граждане объективными и непреодолимыми обстоятельствами, скажем, необходимость выплат по разграбленным олигархами иностранным кредитам – следует спросить у самих граждан.

А в случае, если законодатели скажут, что они не могли при всем желании и максимальном напряжении своих психофизиологических качеств в условиях неожиданного возникновения опасной ситуации предотвратить ухудшение жизни народа, то им следует указать на то, что, избираясь в думу, они о своих психофизиологических качествах были иного мнения, и меньше, чем Наполеонами себя не считали, обещая из кожи вылезти для блага народного.

И даже более того, для разъяснений действительной или мнимой объективности таких обстоятельств (невозможности их предотвратить) у Президента и депутатов будут все годы их пребывания у власти. Никто им  рот не заткнет, потребуется им что-то объяснить населению - объяснят. Но поверит ли народ их объяснениям – выяснится на суде народа. Если большинство граждан посчитают, что Президент и депутаты объясняют "объективными" обстоятельствами то, что на самом деле есть следствие халатности, глупости, а то и коррупции — неспособная покарать настоящих преступников власть сама подвергнется наказанию, и это будет только справедливо. А если население окажется тупым и не поймет, то виновато не оно, а власть. Власть на то и дана, чтобы население сделать, прежде всего, умным.

И даже, если народ не внемлет искренним уверениям законодателей, их разъяснениям и, якобы, несправедливо их накажет, большой беды в этом не будет. Справедливость не в этом. Справедливо гнать от власти вонючей метлой тех, кто собирается возле нее пооколачиваться, а потом объяснять свою тупость “объективными” причинами.

В качестве примера, когда человек несет ответственность по взятым обязательствам, не смотря на объективные обстоятельства, можно привести отношения между кредиторами и заемщиками. Банки, выдавая потребительские или ипотечные кредиты физическим лицам, проверяют их платежеспособность, и предупреждают об ответственности за несвоевременную выплату долга и процентов по нему. Ответственность эта выражается в уплате  пени, а в случае невозможности заемщиком выплачивать долг – отчуждении заложенного имущества. Причем банки не принимают к рассмотрению оправдания заемщика, что он остался без работы, или у него произошли изменения в семье – рождение детей, смерть кормильцев и т.п. Банки справедливо полагают, что человек, беря кредит, рассчитывает на свои силы. И риски, связанные с обстоятельствами заемщика – это риски заемщика, но не кредитной организации.

Народ он такой, какой есть

В части II «Государство – это инструмент» было приведено мнение И. Губкина, который считает, что народа как единой общности не существует, и что попытки угодить различным частям народа с диаметрально противоположными интересами есть ничто иное, как "утопия мелкобуржуазного сознания". Что "вверять судьбу Родины невменяемым обывателям" нельзя, а заслуживает внимания революционной рабочей власти только революционная часть народа. Что именно ее жизнь и надо улучшать. Примерно такое же мнение существует среди непримиримых оппонентов Губкина – крайних правых, выступающих, например, за введение имущественного ценза. Полноценными людьми они считают людей не бедных.

Но дело в том, что «мы, народ», принимая Конституцию демократического государства, рассматривали «нас, народ», объединенных общей судьбой на своей земле, как единое целое. И никакого неравенства, никакого сословного деления в основном законе своего государства «мы, народ» не предусмотрели.  Поэтому  «нас, народ» мы рассматриваем как всю совокупность людей, проживающих в России и считающих ее своим Отечеством. Более того, частью «себя, народа» мы считаем наши будущие поколения – недееспособных детей и наших не рожденных потомков.

Но мы не идеалисты, и отдаем себе отчет в том, что народ, действительно, состоит из групп, зачастую с противоположными  интересами. И что одни части народа экономически и политически господствуют над другими. А наша задача «обеспечить благополучие и процветание России, исходя из ответственности за свою Родину перед нынешним и будущими поколениями». И рассматривать деление народа на части надо только из соображений, какая из них  следует этим целям, какая ими пренебрегает, а какая им враждебна. И основная задача государственной власти сплотить народ, сделать его монолитным в достижении общенародной цели. Как это сделал Дмитрий Донской, выведя на Куликово поле рать, состоящую из всех слоев населений почти всех княжеств Руси. Как это сделал Сталин, готовясь к Великой Отечественной.

Поэтому принципиальных различий с т. Губкиным по поводу ответственности власти в будущем только перед революционной, «правильной» частью народа нет.  Но речь-то идет о текущем моменте, об этапе освободительной революции. Начинать нам придется с тем народом, который есть. Конечно, интересы некоторых частей народа взаимно противоположны, но, сколько у нас Абрамовичей и Дерипасок, которых Губкин, видимо с перепугу, насчитал около четверти всего населения, - явное меньшинство!

Всякая власть, особенно в трудную эпоху, часто оказывается перед моральной дилеммой, которую можно выразить в такой нарочито циничной форме. Неподалёку от тебя в одном месте тонут 10 пионеров, а в другом - один. В какое место плыть спасать детей? Дело ведь намного сложнее и трагичнее, чем с бытовой моралью, согласно которой следует стыдливо отказаться от ответа на этот вопрос как на безнравственный. В реальной же жизни отказ от ответа на этот вопрос приведет к более тяжелым последствиям, чем любой ответ.

С каких позиций оценивать действия Сталина при переселении чеченцев? С позиций отдельных семей, сорванных с родных мест? Но при чём тут трагедия отдельных семей, если в те годы речь шла о сохранении целых народов: и русского, и чеченского? Благодаря тому переселению закончилась война на Кавказе, при продолжении которой пострадало бы куда больше семей – это видно сейчас. К тому же у Сталина был и другой вариант – истребления чеченских мужчин, воевавших на стороне Гитлера. А это были практически все мужчины. Что осталось бы от чеченского народа без них? Значит, переселение было наиболее гуманным и нравственным вариантом действий власти, даже если кто-то вспоминает об этом с ужасом. Понеся тогда большие жертвы, СССР достиг такого благополучия, когда стало возможным заботиться о судьбе каждого человека, а добрейшая интеллигенция своими глупенькими воплями о «сталинских репрессиях» отбросила нас в то положение, когда снова придётся думать о судьбе всего народа, жертвуя интересами отдельных людей. И виной всему - то, что моральные нормы из бытовой жизни слепо перенесены в сферу управления!

В любом большом предприятии государственной власти категории добра и зла теряют свою единичную, индивидуальную направленность и приобретают статистический характер. Задача власти - действовать в интересах всего народа, не ущемляя при этом чужие народы. Да, заботясь о благе своей страны, руководитель должен пытаться соблюсти интересы всех. Но если это невозможно, то вполне нравственно пожертвовать интересами отдельной части народа ради важнейших нужд народа как целого. Это означает, что в переломные моменты истории (войны, катаклизмы) основная задача руководителя - сохранение народа и спасение страны. Конечно, власти придется "прижать" откровенных паразитов, чтобы их паразитизм не озлоблял нормальных людей. Куда же от этого деться? А в спокойное время власть должна заботиться о процветании и безопасности страны, об улучшении жизни подавляющего большинства её граждан. Это определение нравственного поведения власти.

Главным показателем нравственности власти становится массовое проявление её политики на судьбах граждан страны, всего народа, и наиболее верная оценка её политики - в массовом восприятии гражданами улучшений или ухудшений в своей судьбе, а не в судьбах отдельно взятых граждан. Как выяснить, заботилась ли власть об улучшении жизни народа? Очень просто - выявить всенародным голосованием! Малозначительные управленческие ошибки отсеялись бы: народ у нас не злой. Благодаря тому, что голосование всенародное, руководителя не накажут за ухудшение жизни незначительного меньшинства из каких-нибудь полубандитов, а только за ухудшение жизни большинства народа. С другой стороны, если народ увидит, что какое-то меньшинство обделено несправедливо, то он может и стать на сторону меньшинства. [М. Кудрявцев, «Совесть, ответственность и искупление. Закон АВН и мораль» "Дуэль" № 219].

Статья 7. Если более половины зарегистрированных избирателей решат: "Заслуживает наказания", то бывший Президент после выборов нового Президента и все члены бывшего Федерального Собрания после выборов в Государственную Думу объявляются преступниками.

Если более половины зарегистрированных избирателей решат: "Достоин благодарности", то Президент и все члены Федерального Собрания объявляются героями.

Если большинства от числа зарегистрированных избирателей по одному из этих решений не будет, то решение народа считается одобрительным без отличия ("Без последствий").

Суд народа будет отличаться от нынешних «демократических» выборов, являющих предел маразма, когда порой уже менее 10% населения определяют персональный состав власти, а остальная толпа своим безучастием дает избиркомам неограниченные возможности для подтасовки результатов.  А все эти аналитики считают, что так и должно быть, и что в демократическом государстве есть право голосовать, но нет такой обязанности. Демократия – это не процедура, это обязанность служить народу, источнику власти. Естественно, что нынешняя власть, проведя изменения в избирательном законодательстве, опасается, что избиратели перестанут ходить на выборы. И во избежание их срыва, отменила порог явки. Не там ищут! Обеспечить 100% явки проще простого! Только надо ли им это? Они уже договорились до того, что большая явка – признак тоталитарного режима, как это было в СССР, или в Белоруссии. Надо только задуматься, почему народ на выборы не ходит?

Этот мотив кратко и точно выражается в непристойном стишке «Голосуй, не голосуй, все равно получишь… мало!» Избиратель не ходит на выборы, потому что понимает бессмысленность этого занятия, не видит никакой связи между отданным им голосом и нужным ему результатом. Более того, он совершенно отчетливо видит лицемерность и политический расчет кандидатов в депутаты, которые только из необходимости взывают «к мнению народа, его выбору, который будет разумным, и к которому надо относиться с уважением, каким бы он ни был». Была бы у них возможность попасть на нужные им должности, минуя выборы, они бы обошлись без комплиментов в адрес народа, да и без воспоминания о нем. Впрочем, уже начинают обходиться.

Совершенно по иному будет после принятия закона «О суде народа». Даже сама мысль о том, что твой голос принимает участие в судьбе 630 человек, от деятельности которых зависели судьбы тебя и твоих близких, что по твоему решению и решению миллионов таких же, как ты, их можно будет серьезно наказать или наградить, сделает поход на избирательные участки занятием небезынтересным и осмысленным. Проблема явки будет решена без расходования бюджетных средств в виде раздачи бесплатного пива, лотерейных билетов или билетов на дискотеку. Вы до этого не додумались, инициаторы отмены порога явки?

Возможная необъективность оценки небольшим числом граждан будет снижена тем, что вердикт суда народа вступит в силу, если за него голосует не большинство пришедших на избирательные участки граждан, а большинство от зарегистрированных избирателей страны. Этим снимается опасность, когда небольшое количество "обиженных" действиями Президента (например, преступников, осужденных по приговорам судов) могли бы добиться его осуждения на суде народа. Незначительное меньшинство наказывать избранных нами всеми депутатов и Президента не будут!

Кстати, в некоторых государствах существует юридическая обязанность избирателей участвовать в голосовании. За нарушение этой обязанности наступают различные санкции - наложение штрафа (Египет, Турция, Бельгия, Австрия), лишение возможности занимать государственные и муниципальные должности в течение определенного .срока (Аргентина). Могут быть предусмотрены и моральные санкции, так, в Италии неучастие в выборах в течение 5 лет фиксируется в судебных органах. В ряде зарубежных стран практикуется также объявление порицания в суде, публикация в СМИ фамилий неявившихся. В странах, где законодательно закреплен обязательный вотум, участие избирателей  в выборах достигает 90%" [Конституционное право зарубежных стран в вопросах и ответах, М.Юрист,2003, с.101-102]

"Вверять судьбу Родины невменяемым обывателям", действительно,  нельзя. Но также нельзя вверять судьбу Родины безответственным авантюристам, готовым отвечать за свои действия только перед своим братом – авантюристом. И если герои – революционеры готовы взять судьбу Родины в свои руки, то тестом на чистоту их намерений станет их готовность отвечать перед невменяемым обывателем. А потому что больше не перед кем! Родина-то у нас одна! И другого народа нет в наличии. А если героев – революционеров освободить от ответственности перед всем народом, то они моментально выродятся. Осознают свои интересы, отличные от интересов народа. И превратятся из революционного класса в класс паразит, эксплуататор. Неужели история  СССР никого ничему не научила?! 

Опасения т. Губкина, что избиратели являются стадом алчущих халявы козлов, понятны. Но какова власть - таков и избиратель. Сейчас ситуация усугублена тем, что безответственна власть России. Образумить ее, сделать ответственной за свои деяния должен суд народа, а когда благополучие, свобода и сама жизнь власти будут прямо зависеть от того, как она станет выполнять свое главное дело - улучшать жизнь своего народа, то ситуация изменится и с обывателем. И если к концу правления пламенного революционера они таковыми и останутся, то судьба его незавидна - козлу, сколько ни давай, все мало. Потому и не будет иного выхода, как, во-первых, воспитать из козла человека, внушив ему, что иного пути к улучшению его жизни, кроме честного и упорного труда, не существует. Но этого мало - на воспитание у нас могут просто ... положить. Потому, во-вторых, уважающая себя власть будет вынуждена и гражданам своего государства создать такие условия, чтобы все они могли строить свое личное благополучие только на работе, нужной одновременно и всему обществу, и конкретному человеку - потребителю его труда.

Все вместе это лишит обывателя иждивенческих настроений, сделает его ответственным за свои действия и, в конечном итоге, - за судьбу своей Родины. В этом и есть главный смысл закона «О суде народа». И другого пути создания ответственного за свою Родину народа в природе не существует. А без такого народа попытки любых партий и вождей спасти Россию - напрасные потуги. Зависимость государственной власти от избирателей и неограниченные возможности влияния власти на тех же избирателей – это аналог обратной связи в обществе. В такой системе взаимодействия будет заложен стимул совершенствования всей системы.

Ведь совсем не обязательно дожидаться лихой годины, поры грозных испытаний, чтобы понять, что Отечество у нас одно, и судьба тоже одна. К очередной такой поре от нас может просто ничего не остаться, не успеем запрячь, чтобы быстро поехать. Мирный труд на общее благо тоже объединяет. Но трудиться должны все! И нет другого выхода, кроме как через ответственную перед всем народом власть, которая разберется и с невменяемыми обывателями и со всеми прочими помехами.

Комментарии

Отправить новый комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Пожалуйста, введите числа и буквы (с учетом регистра), изображенные на картинке
Картинка
Введите символы, которые показаны на картинке.