Перейти к основному содержанию
Включайся в группу ЗОВ в Google+ Включайся в группу ЗОВ в Facebook Включайся в группу ЗОВ В Контакте Включайся в группу ЗОВ в Одноклассниках Подпишись на видеоканал важных новостей ЗОВ на Youtube
Инициативная группа по проведению референдума  За ответственную власть (ИГПР ЗОВ) - Преследование Мухина, Барабаша, Парфенова, Соколова - РЕФЕРЕНДУМ НЕ ЭКСТРЕМИЗМ

Неутешительные итоги

Итак, как показано выше, попытка построения социалистического общества в России закончилась неудачей. В результате незрелости производительных сил к моменту национально-освободительной революции 1917 года в России невозможно было создать господствующий способ производства и систему производственных отношений, не основанных на эксплуатации человека человеком. А основанный на эксплуатации способ производства  неизбежно порождал процесс антагонистического классообразования. И этот процесс завершился возникновением класса политаристов (партгосноменклатуры), ставшего коллективным эксплуататором рабочих и крестьян. Поскольку господствующей идеологией нового класса-эксплуататора декларировался марксизм, требования его развития как научного метода неизбежно пришли в противоречие с нуждами класса-эксплуататора. Это привело, с одной стороны, к тому, что класс-эксплуататор был в достаточной степени ограничен в своих аппетитах (как его главой, когда эту должность занимал лично честный и мужественный человек И.Сталин, так и господствующей идеологией, требовавшей значительную долю прибавочного продукта направлять на повышение уровня благосостояния эксплуатируемых масс общества), а, с другой стороны, поставило под запрет свободное изучение и развитие марксистского метода в стране “победившего социализма”.  Вот как об этом говорит Ю.И.Семенов в своей работе “Материалистическое понимание истории: недавнее прошлое, настоящее, будущее”(Новая и новейшая история. 1996. №3. С. 80-84)

“…марксизм, став господствующей идеологией и средством оправдания существующих в нашей стране порядков, переродился: из стройной системы научных взглядов превратился в набор штампованных фраз, используемых в качестве заклинаний и лозунгов. Настоящий марксизм был замещен видимостью марксизма - псевдомарксизмом. Это затронуло все части марксизма, не исключая и материалистического понимания истории. Произошло то, чего больше всего боялся Ф.Энгельс. "...Материалистический метод,- писал он, - превращается в свою противоположность, когда им пользуются не как руководящей нитью при историческом исследовании,а как готовым шаблоном, по которому кроят и перекраивают исторические факты."

В попытках поиска выхода (теории конвергенции)

Неудивительно, поэтому, что действительные попытки поиска выхода из тупика, в который все больше сталкивала страну неспособная ответить на вызовы времени неополитарная система эксплуатации, стали предприниматься не официальной советской наукой, а людьми, которых позже стали называть диссидентами. Диссидентское движение, было, разумеется, весьма неоднородным по составу, но в нем присутствовали и люди, поставившие своей целью теоретически разработать основы устройства общества без эксплуатации человека человеком.  Наиболее продвинулся в этом направлении известный представитель демократического направления в диссидентском движении В.Белоцерковский. Развивая предложенную А.Сахаровым идею конвергенции (соединения лучших черт социализма и капитализма), он, в ряде своих книг (см., например, В.Белоцерковский “Свобода, власть, собственность”) попытался выявить причины неудач советского строя (который он называл государственным социализмом), и, видя и признавая ограничения современного капитализма, выработать контуры общественного устройства, совмещающего в себе лучшие черты капитализма и социализма – кооперативного социализма, построение которого он видел только путем мирного преобразования государственного социализма или капитализма. От капитализма кооперативный социализм должен был взять идею свободной рыночной конкуренции на рынке товаров, отвергая конкуренцию капитала (агрессивную конкуренцию), а от госсоциализма – высокую социальную защищенность и производственный принцип формирования выборных органов власти.

По мнению В.Белоцерковского, именно конкуренция капитала порождает главные негативные явления в среде капиталистического общества, а вот  свободная конкуренция товаропроизводителей является большим благом для всех членов общества, так как направлена на снижение цен и повышение качества товара. В западных странах имеется довольно значительная прослойка кооперативных предприятий, принадлежащих их работникам, но господствующим кооперативный экономический уклад  не становится, по мнению В.Белоцерковского, в первую очередь из-за того, что государство поощряет конкуренцию агрессивную, а не рыночную.  Агрессивная конкуренция капитала появляется в тех случаях, когда наемный труд рабочих, не являющихся собственниками, и прибавочная стоимость, создаваемая ими, используется для расширенного производства, основанного опять-таки на наемном труде, а тем самым, для накопления капитала.  Задача, таким образом, состоит в том, чтобы предотвратить концентрацию капитала как самоцель собственников предприятий, а агрессивную конкуренцию – как способ ее достижения. Ведь легко представить, что даже работники предприятия, находящегося в их совместной собственности, будут заинтересованы в расширении производства (создании нового предприятия) только в том случае, если смогут на это новое предприятие нанять рабочих, не передавая им его в собственность – только тогда прибыль нового предприятия пойдет в распоряжение тех, кто вложил средства в его строительство, а не тех, кто будет на нем работать. И, разумеется, эта прибыль приведет к победе в агрессивной конкуренции предприятия-инвестора,  а, значит, возникающие кооперативные предприятия постоянно будут порождать предприятия старого типа – капиталистические, тем самым, уничтожая ростки кооперативного социализма.

Эту краеугольную проблему нового общественного строя В.Белоцерковский видел и мучительно искал путь ее решения. В конце концов, он пришел к мнению, что единственным институтом, способным эффективно поставить заслон на пути агрессивной конкуренции – накопления капиталов, является государство. По мысли В.Белоцерковского, государство должно выступать коллективным инвестором, предоставляющим средства для расширения производства на условиях, которые будут более выгодны для работников нового предприятия, чем те, которые предлагают им другие инвесторы. Все предприятия должны отчислять в государственные фонды развития определенный процент прибыли, и эти средства потом должны идти на создание новых предприятий, обязательно продаваемых в рассрочку и по себестоимости их работникам, а также на выдачу беспроцентных или низкопроцентных кредитов кооперативным собственникам действующих предприятий для их расширения и модернизации. Оставлять вновь построенные предприятия в собственности государства ни в коем случае нельзя, так как такое предприятие будет ячейкой возникающего государственного социализма.

Имея в лице государства коллективного инвестора, который предоставляет гораздо более выгодные условия для работников новых предприятий, будет все меньше желающих идти в наемное рабство, становиться пролетариями, не владеющими средствами производства. Молодые и свободные рабочие кадры предпочтут идти на создаваемые государственными фондами развития предприятия, чтобы становиться их владельцами, нежели становиться пролетариями на предприятии, созданном частным инвестором. На новых предприятиях не будет эксплуатации человека человеком в процессе производства, так как все, что произвели его работники - будет им и принадлежать.

Разработанные В.Белоцерковским в рамках теории конвергенции черты нового общественного строя, не основанного на эксплуатации человека человеком, предусматривают передачу прав собственности на предприятия и то, что они производят, коллективам их работников, получающих, тем самым, власть в пределах собственного предприятия. Однако В.Белоцерковский не предлагает никакого реального пути преобразования государства таким образом, чтобы оно начало поддерживать кооперативные предприятия и ограничивать агрессивную конкуренцию, надеясь лишь на то, что рано или поздно избираемые гражданами депутаты проведут необходимые для возникновения кооперативного социализма преобразования. Кроме того, его воззрения достаточно идеалистичны и не опираются на марксистскую теорию. В частности, стремление каждого человека быть собственником того, что он производит, Белоцерковский выводит непосредственно из его “природы”, из заложенного в каждом из нас изначальном чувстве добра и зла. И пренебрежение теорией не проходит бесследно.

Условия задачи

По данным В.Белоцерковского, на Западе имеется довольно значительное количество предприятий, принадлежащих их работникам, но их число растет медленно или не растет вообще. В.Белоцерковский, признавая, что производительность труда на этих предприятиях примерно соответствует производительности труда на обычных частных (акционерных, капиталистических) предприятиях, не считает это большой проблемой. В этом и состоит основная его ошибка. Марксистская теория исторического материализма доказывает, что победа нового общественного строя возможна только тогда, когда он добьется принципиально нового уровня производительности труда по сравнению со старым. Поэтому, хотя основные контуры преобразований общества намечены в верном направлении, их необходимо теоретически разработать и показать, каким именно способом по-новому организованное производство на кооперативных предприятиях победит старые предприятия по уровню производительности труда.

Условия задачи, следовательно, состоят в том, чтобы кроме формальной передачи предприятий в собственность работников добиться одновременно значительного роста производительности труда на них и предложить такой путь преобразования государства, который заставил бы его служить обществу описанным выше способом – поощрением создания кооперативных предприятий и ограничением агрессивной конкуренции.

Разумеется, сама возможность подобных преобразований общества возникает только тогда, когда уровень развития производительных сил превышает определенный порог, тогда, когда существующие производственные отношения из стимула развития производительных сил превратятся в его тормоз. Возникновение такой ситуации можно определить по тому, как начинают то там, то здесь стихийно возникать ростки новой системы производственных отношений, не основанных на эксплуатации человека человеком. Задача тогда упрощается тем, что нужно не изобрести метод повышения уровня производительных сил общества с нуля, а верно определить зачатки такого метода, стихийно найденные современными командирами производства. 

Методы развития производительных сил

До сих пор человечество (с тех пор как появились первые классовые общества) изобрело совсем немного методов резкого увеличения производительности  общественного производства. Самый древний из них назван его первооткрывателем, Ю.И.Семеновым, темпоральным, а заключался он в насильственном принуждении крестьян трудиться не 3-4 часа, вполне достаточных для обеспечения себя и семьи хлебом насущным, а 10-12 часов в сутки. Этот метод стал тем локомотивом, который вызвал из небытия грандиозные империи Древнего Востока. Но неумолимые законы развития производства привели к появлению нового метода – названного Ю.И.Семеновым демографическим и основанного на массовом использовании труда рабов – сильных, здоровых мужчин, не обремененных семьей и детьми. Новый способ  повышения продуктивности общественного производства, а, значит, и уровня производительных сил общества объединил в себе возможности темпорального метода и внес свои – принципиально новые. Рабы не только трудились 10-12 часов в сутки, но, не будучи обремененными семьей как крестьяне империй Древнего Востока могли довольствоваться значительно меньшей долей произведенного продукта, соответственно увеличив долю продукта прибавочного. В основе могущества Римской империи, в которой в период ее расцвета на миллион граждан приходилось такое же число рабов, лежит прежде всего демографический способ увеличения продуктивности общественного производства. Рабов заставляли работать не только много, но им еще и оставляли на прокорм много меньше, чем крестьянам с их большими семьями.

Но оба этих метода – и темпоральный и демографический не могли обеспечить рост производительных сил общества беспредельно, так как нельзя было заставить работать людей не 10, а 100 часов в сутки, и, чем больше требовалось рабов, тем труднее было их находить. Следующим способом резкого повышения уровня производительных сил общества стало использование машин. Машинный способ также вобрал в себя возможности предыдущих – темпорального и демографического. Могучие машины заменили сильных и здоровых мужчин, а роль рабов, которым можно было платить сущие гроши, стали выполнять женщины и дети, для которых у капиталиста нашлось много рабочих мест, не требовавших ни значительной физической силы, ни особых знаний и умений. И, как и крестьян, пролетариев века машин можно было заставлять работать большую часть суток. Беспредельная жестокость, с которой машинное производство капиталистического общества превращало людей в придатки машин показана К.Марксом в его работе “Капитал”.

С тех пор, разумеется, капитализм изменился. Огромный рост производительных сил, достигнутый на основе машинного метода, позволил капиталистическому обществу частью замаскировать, а частью сгладить присущие ему противоречия, что даже послужило причиной возникновения у ряда ученых мнения о том, что машинный способ, в отличие от всех предшествовавших ему методов повышения продуктивности общественного производства, способен, в принципе, обеспечить беспредельный рост производительных сил общества. Но возможно это будет лишь в том случае, если сами отношения в процессе производства не становятся его тормозом. А именно это происходит в настоящее время.

В этом случае рано или поздно возникнет новый способ увеличения производительных сил общества, который вберет в себя все лучшее, что несли способы предыдущие и внесет нечто принципиально новое. Предсказать,  в чем будет заключаться его сущность, невозможно без научного анализа ограничений самого совершенного из методов существующих – машинного производства. 

Зло современного производства

Представим себе современное промышленное предприятие, например, автомобильный завод ВАЗ, ставшее кооперативным, то есть каждый работник является коллективным собственником этого предприятия. Если не предпринимать дополнительных мер по преобразованию системы организационно-трудовых отношений (то есть тех отношений, в которые вступают между собой люди, непосредственно занимающиеся производством – рабочие, контролеры, начальники смен и цехов) на самом предприятии, удастся ли при этом значительно повысить уровень производительности труда, так, чтобы это предприятие выиграло в рыночной конкуренции и стало примером для других? Именно от этого, в конечном счете, зависит – победит ли кооперативная форма собственности, а с ней и кооперативный социализм, или проиграет. Но рабочий на конвейере завода продолжает работать так же, как и ранее, когда он не был собственником предприятия. В лучшем случае стоит надеяться на рост уровня его сознательности и повышение требовательности к себе и к товарищам. Но добиться значительного и продолжительного роста производительности труда, основанного только на повышении сознательности, вряд ли удастся.

Действительно, рабочим советского автозавода ВАЗ постоянно говорили о том, что они являются, как члены советского общества, в том числе и собственниками своего автозавода, и на этом основании призывали их к повышению сознательности и увеличению уровня производительности труда. Однако ни слова, ни даже достаточно значительные выплаты из общественных фондов потребления, которые получал каждый советский человек как символ дивидендов от его доли в общественной собственности (на самом деле являвшейся государственной) не привели к тому, что производительность его труда превысила производительность труда его коллеги на автомобильном заводе Форда в США. Не стоит этого ожидать и в том случае, если работник станет не на словах, а на деле собственником завода – в первом приближении это приведет всего лишь к увеличению его доли “дивидендов”, но никак не изменит его взаимоотношений с товарищами по конвейеру, а тем самым не приведет и к значительному повышению уровня производительности труда.

Причина подобного эффекта  известна уже довольно давно и получила даже свое название – отчуждение работника от результата его труда. Работник, прикручивающий болты к кузову автомобиля, не считает ни этот автомобиль, ни болты, ни результат своего труда своей собственностью, зная, что является лишь винтиком в огромном механизме завода. Дивиденды как владельцу собственности – для него весьма далекая и не так уж важная доля в его доходах, основу которых, как и прежде, составляет заработная плата. А заработная плата и способ ее начисления работнику определяется формой организационно-трудовых отношений на предприятии. В случае сдельной или аккордной заработной платы работник сильнее заинтересован в повышении производительности своего труда, в случае повременной -  слабее. Однако и самая совершенная форма начисления заработной платы имеет целый ряд недостатков и один из главных – при ее расчете не учитываются расходы, которые делает работник в процессе производства. Здесь наблюдается эффект взаимовлияния экономических отношений собственности, то есть отношений собственности и обмена, основанных на эксплуатации и действующих на уровне всего общества в целом, и организационно-трудовых отношений, которые тоже содержат в себе элементы эксплуатации, но эта эксплуатация происходит не в рамках общества, а в рамках отдельно взятого предприятия. Наблюдается она также и в тех случаях, когда работник производит продукцию, изначально не являющуюся его собственностью. А является ли продукт труда человека при работе  в составе производственного коллектива его собственностью? Может ли он владеть, распоряжаться и пользоваться им по своему усмотрению? Нет, не может, а, следовательно, не является и собственником продукта своего труда.

Но кто же в таком случае эксплуататор? А тот, кто фактически распоряжается и пользуется продуктом труда производителя – то есть администрация предприятия, но не только она. Предприятие в этом случае выступает как уменьшенная копия политарного государства. Так же, как в государстве, формально предприятие (средства производства) и производимый продукт  принадлежат не администрации (госчиновникам), а работникам (народу), но лишь в той мере, в какой работники в состоянии действительно влиять на работу администрации (правительства). Способ, который в состоянии ограничить, но не уничтожить вообще эксплуатацию работников со стороны администрации – ответственность администрации за результаты своей работы перед собственниками (работниками).

Но кроме одного возможного эксплуататора – администрации предприятия, есть и еще один, на первый взгляд, неподходящий кандидат на эту роль. Это никто иной, как сам работник, но, разумеется, не по отношению к себе,  а к своим товарищам. Действительно, в точном научном значении этого слова, эксплуатация – это безвозмездное присвоение плодов чужого труда. А чем, как не присвоением плодов чужого труда занимается работник конвейера автозавода, который вместо того, чтобы закрутить болт, как это полагается по технологии, забивает его молотком? Ведь он, получая деньги за “работу”, делает ничто иное, как изымает в свою пользу часть заработной платы своих добросовестных товарищей, тем самым безвозмездно присваивая себе часть их труда. Прибыль завода из-за невозможности продать бракованный автомобиль или из-за необходимости оплачивать гарантийный ремонт уменьшится, а уменьшение зарплаты бракодела (это в том редком случае, если виновника брака выявили) не покроет убытков, то есть доля зарплаты нерадивого работника возрастет в общем объеме прибыли. Именно за счет того, что он запустит руку в карман заводу - своим добросовестным товарищам. Это ничто иное, как эксплуатация недобросовестным работником своих товарищей по производству.

И вот для борьбы с этим способом эксплуатации действенных методов пока не было придумано, хотя он порождает множество следствий, среди которых снижение производительности труда и наплевательское отношение к делу не самые грозные. Все и всевозможные варианты контроля и проверок, устраиваемых администрацией для надзора за работниками, и увещевания на добросовестную работу, мало что дают, так как и контролер и начальник – это люди, не занятые непосредственно в производстве так, как сам работник и его товарищи.

Поскольку отчуждение человека от результатов его труда, создающее базу для возникновения эксплуатации, основывается на господствующей форме организационно-трудовых отношений, то и пути преодоления его необходимо искать в создании новых форм этих отношений. Можно предположить, что исключение эксплуатации и отчуждения человека от результатов его труда при переходе к новой форме организационно-трудовых отношений как раз и даст то повышение уровня производительных сил общества, которое сделает возможным исключение эксплуатации и из экономических отношений и в масштабах всего общества. 

Делократия или власть - Делу

И наиболее близко черты этого нового способа были выявлены в 80-е годы 20-го века, причем не диссидентом и не ученым, а современным командиром производства – Ю.И.Мухиным, в бытность его заместителем директора Ермакского завода ферросплавов (Казахская ССР), впервые изложившем его принципы в целом ряде статей и книг. Более того, это решение  было внедрено и успешно работало на этом заводе, подтвердив выводы автора практикой. Автор назвал систему своих предложений по изменению организационно-трудовых отношений делократизацией производства, в дальнейшем попытавшись распространить ее  и на другие сферы общественной деятельности.

Основные принципы, на которых должно организовываться любое производство, по Ю.Мухину (он их называет делократическими, а саму систему – Делократией), следующие (по материалам книги Ю.Мухина “Наука управлять людьми”):

  1. Планируется не производство какого-либо конкретного продукта, а удовлетворение внутренних потребителей предприятия;
  2. Система расчетов внутри предприятия изменяется так, чтобы вся выручка от изделий двигалась навстречу технологическому процессу (потоку) и проходила (в идеальном случае) через каждого работника;
  3. Вводятся на долгое время стандартные условия (товары, услуги, цены) для каждого работника предприятия (в идеале);
  4. Дается возможность работникам, опираясь на стандартные условия, договариваться между собой о наилучшем удовлетворении потребителя;
  5. Делократизация производства проводится сверху вниз, вознаграждение руководителей исчисляется как процент от заработка их подчиненных.

В соответствии с новой системой организационно-трудовых отношений, каждый работник, участвующий в производстве продукта, фактически получает его в свою полную собственность от звена, находящегося ранее него в технологической цепочке. Разумеется, в условиях современного производства не идет речь о бесконечных финансовых расчетах между различными подразделениями предприятия и отдельными работниками, а лишь о передаче прав собственности на продукт или его полуфабрикат и учете смены собственника.

Произведя добавленную стоимость, работник, являясь собственником произведенного продукта (Ю.Мухин употребляет здесь более широкий термин – Дело, в значении “результата труда человека, за который истинные потребители готовы платить”), затем “продает” его следующему звену технологической цепочки по взаимно согласованной “цене”, включающей в себя возмещение расходов работника при выполнении его технологической операции (затраты электроэнергии, амортизация средств производства, “покупка” полуфабриката продукта и др.) и его вознаграждение. Например, токарь вытачивает детали, которые принадлежат ему и только ему, так как он полностью “оплатил” их при “покупке” на складе заготовок. После выполнения своей технологической операции и “продав” продукт соседу по конвейеру, скажем, слесарю-сборщику, токарь получает валовый доход от проданных им деталей. Все сырье для изготовления промежуточного продукта работник оплачивает из своего валового дохода. Токарь “покупает” заготовки у кузнеца, создавая валовый доход для него. Процесс внутренних поставок продолжается до поступления готового продукта в распоряжение отдела сбыта, который “купит” его только в том случае, если уверен в его качестве и в том, что он сможет его реализовать на внешнем рынке, то есть сумеет найти истинного потребителя, готового за него заплатить

Полученные от покупателя - истинного потребителя Дела предприятия (готовой продукции) денежные средства начинают движение обратно вдоль технологической цепочки. Отдел сбыта, оплатив свои издержки, выплачивает стоимость приобретенного у последнего звена производственной цепочки продукта, и оставляет в своем распоряжении свою прибыль, являющуюся вознаграждением за успешное завершение Дела. Соответственно, каждое звено технологической цепочки получает вознаграждение не от начальника (владельца или распорядителя средств производства, распоряжавшегося ранее всем прибавочным продуктом), а непосредственно от потребителя произведенного продукта.  И контролером для каждого из работников становится не посторонний человек, назначенный администрацией, а свой собственный товарищ, который, безусловно, не станет “покупать” корпус автомобиля, в который болты забиты молотком. В идеале каждый подчиненный, непосредственно участвующий в исполнении Дела организации, станет единоличным хозяином, как хозяин мини-завода на Западе, но в лучших условиях, так как он будет застрахован от возможных неудач мощью своей организации, как сражающиеся войска застрахованы резервом армии. 

Поскольку каждое следующее звено технологической цепочки “покупает” произведенный продукт в свою собственность, оно несет и все риски, связанные с некачественным выполнением работы предыдущим звеном. Оплата всех издержек, связанных с конкретной технологической операцией – амортизация станка, электроэнергия и пр. ведется работником самостоятельно, разумеется, с помощью бухгалтерии, услуги которой по исчислению затрат, валового дохода, прибыли, внутрихозяйственных “налогов” он также оплачивает по согласованной с ними цене. Также оплачиваются все услуги внутренних служб – лабораторий, отделов кадров, технического контроля и т.п. Но и экономия на сырье и энергоресурсах поступает непосредственно в валовый доход работника.

Каждый работник связан с товарищами условиями поставки стандартной продукции или услуг по стандартной цене, которые ограничивают его возможности стать монополистом по отношению к потребителям своей продукции, и не позволяют ему работать «на сторону», не выполнив обязательства перед закрепленными за ним потребителями. Стандартная продукция и услуги – это услуги в самой простой, доступной в изготовлении и в то же время хотя бы минимально устраивающей потребителя форме. На такую продукцию вводится заводской стандарт  и устанавливается стандартная цена. В закон предприятия должно быть введено положение, что ни один “продавец” не имеет права ничего продать, если он одновременно не предлагает к продаже стандартную продукцию по стандартной цене либо более качественную продукцию, но тоже по стандартной цене. Таким образом, на предприятии вводится конкуренция между продукцией и услугами, направленная на их совершенствование для более полного удовлетворения нужд потребителя, то есть именно такая, пользу которой отмечал В.Белоцерковский в капиталистическом обществе. Но при капитализме практически не используется понятия стандартной продукции, поэтому конкуренция между товарами превращается в конкуренцию между товаропроизводителями, неизбежно перерождаясь затем в конкуренцию капиталов, или агрессивную конкуренцию, порождая непроизводительные, ненужные обществу затраты.

Далее Ю.Мухин предлагает распространить принцип конкуренции со стандартной ценой, назначаемой на стандартную продукцию с уровня предприятия на уровень экономики общества в целом.

Стандартная продукция вводится в экономику, чтобы создать основу для конкуренции товаров: цена стандартной продукции определит уровень цен на все виды продукции данной группы, она будет сдерживать любителей высоких цен.

Фактически государство будет контролировать цены 2–3 % всей производимой продукции, но этот контроль обуздает все остальные цены, которые будут оставаться свободными, но которые невозможно будет поднять выше выгодного покупателю предела и получить незаработанную прибыль.

Введением конкуренции с государственным стандартным товаром Делу (покупателю) будут переданы рычаги для поощрения и наказания продавца (исполнителя), окончательно устанавливая в экономике власть Дела.

В связи с этим, изменится и положение руководителей. Их задачей будет организовать труд подчиненных таким образом, чтобы организация максимально эффективно делала свое Дело. Организационные усилия нужны подчиненным для того, чтобы максимально увеличить разницу между их валовым доходом и расходами. Дело руководителя – организация труда подчиненных, они истинные потребители его Дела, поэтому и платить ему будут они. Зарплата руководителя складывается из сумм (оговоренный % валового дохода каждого подчиненного ему работника), перечисляемых ему работниками, которые “покупают” его услуги по организации производства. Чем больше зарабатывают подчиненные, тем больше доход руководителя. Никаких иных средств вознаграждения руководителя не требуется. Дивиденды как доход от собственности будут выплачиваться каждому работнику и руководителю в соответствии с его вкладом в общее Дело. И руководитель будет насущно заинтересован в том, чтобы организаторскими приемами увеличить доход своих подчиненных, тем самым, увеличив и собственный доход. А для этого необходимы навыки организатора, необходимо знание технологических процессов, знание людей. Более того, для сосредоточения на управлении непосредственно процессом у руководителя будет больше времени. Он освобождается от контрольно–надзирательной части своих обязанностей по причине их ненужности в процессе производства. Возможность наказывать исполнителя передана непосредственно Делу, а контролирование исполнителя руководителем, лишенного возможности наказывать, становится бессмысленным. Каждый участник технологического процесса сам будет заинтересован в качественном и полном выполнении Дела.

Чего можно добиться таким подходом? Организация станет делать Дело неизмеримо эффективнее, и благодарность начальнику со стороны Дела также неизмеримо возрастет. При этом каждый работающий будет делать Дело в большем объеме, более ценно и качественно, затрачивая при этом гораздо меньше материальных ресурсов. Это многократно проверено сотнями тысяч руководителей экономики, когда у них были случаи воспользоваться свободной сдельщиной или аккордом, это многократно проверено всеми армиями мира в войнах. В делократической системе управления эффективно работать начнут абсолютно все: врачи и педагоги, милиционеры и продавцы и, конечно, все в экономике.

Но это не все. Неизмерим будет моральный эффект.  Руководитель из своих подчиненных сделает Людей с большой буквы. Их работа станет интересной, творческой для них самих. Они начнут учиться и совершенствовать свое Дело, их успехи принесут им большую человеческую радость. Сам изобретатель делократии Ю.Мухин не смог внедрить ее в полном объеме (т.е. сверху донизу) на Ермакском заводе ферросплавов. В те годы уже началась “катастройка”, и резкое повышение производительности труда в условиях разрухи горизонтальных связей привело бы к массовому сокращению штатов. Но, тем не менее, перевод на делократическую систему руководства среднего звена дал свой результат,  о котором Ю.Мухину перед его увольнением с завода его товарищи сказали так: “…встал начальник одного из основных цехов и сказал, что все инженеры завода будут помнить меня уже только за то, что я внедрил такую систему оплаты их труда, при которой и самые высокооплачиваемые бригадиры из рабочих соглашаются пойти на должность ИТР, и не один рабочий не упрекает начальников в неправедно заработанных деньгах “. [«Дуэль», N16 (16), 1996].

Немного теории. Делократия и марксизм

Разумеется, Ю.Мухин не применяет марксистскую терминологию для описания системы своих предложений по реорганизации экономики предприятий и государства в целом, а использует термины своей “науки управления людьми” – власть Дела, делократический и бюрократический способы управления. Объясняется это тем, что разработку своих идей Ю.Мухин вел не с позиций марксизма, а с позиций учета принципов управления, принципов функционирования систем управления на производстве и в обществе, пользуясь своим богатым практическим опытом управленца в должности замдиректора одного из крупнейших металлургических предприятий СССР. Что же предлагает Ю.Мухин в рамках своей системы “делократии”, если проанализировать ее с позиций марксистской науки? Как уже было сказано выше, Ю.Мухин опытным путем открыл основные черты того принципиально нового способа повышения продуктивности общественного производства, который должен придти на смену машинному.

То, какая система отношений господствует в обществе, определяется не  желанием или традициями людей, а уровнем развития производительных сил.

Но и сам возможный уровень развития производительных сил зависит, на определенном, достаточно высоком этапе их развития, от системы организационно-трудовых отношений в процессе производства.  Например, во времена господства темпорального способа увеличения продуктивности общественного производства, никакой “делократизацией” людей нельзя было заставить заниматься возделыванием полей больше физически необходимого им времени для обеспечения пищей себя и своей семьи, и только жестокое принуждение с применением насилия оказалось способно резко увеличить объем производимого продукта до уровня, позволявшего содержать значительный штат надсмотрщиков, сборщиков налогов и административную пирамиду во главе с фараоном, императором и т.д. Здесь повышению производительности труда за счет совершенствования организационно-трудовых отношений ставился предел имеющимися в распоряжении людей средствами производства, требующими большей частью тяжелого ручного труда.

Возможность альтернативы появилась только тогда, когда общество оказалось в состоянии не использовать в процессе производства внеэкономическое принуждение как основной стимул для работников. Это стало возможным только на капиталистической стадии развития общественного производства, при достижении определенного, весьма высокого уровня развития производительных сил на основе машинного способа производства. Но в наше время дальнейшему увеличению производительных сил общества, на что, в принципе, способен машинный способ производства, поставлен заслон в виде безнадежно отставшей от требований времени форме организационно-трудовых отношений между людьми в процессе производства. Из метода развития производительных сил, каким они были во времена тейлоризма и изобретения конвейера Фордом, они превратились в их тормоз, в первую очередь, за счет присущего им отчуждения человека от результатов его труда.

Изменив форму организационно-трудовых отношений можно добиться резкого увеличения уровня развития производительных сил общества, тем самым открыв дорогу к смене системы производственных (а вслед за ними и прочих общественных) отношений, основанных на эксплуатации, иными, от этой эксплуатации свободными. 

Вместе с исчезновением отчуждения работника от результата его труда, исчезнут и негативные явления, им порождаемые. Каждый работник станет на своем месте творцом. Все, что для этого необходимо, это – дать возможность работнику быть хозяином, то есть, не только быть собственником доли предприятия, но и по своему усмотрению делать затраты на производство своего продукта. Но цену на продукт своего труда он не вправе назначать сам. Цена устанавливается в процессе соглашения продавца с покупателем, ведущейся вокруг цены, установленной  государством, таким образом, чтобы она приближалась к общественно-необходимой цене, основывающейся, в свою очередь, на общественно-необходимых (средних в масштабах общества) затратах труда на ту или иную продукцию.

 Здесь подход Ю.Мухина перекликается  с выводами В.Белоцерковского, пришедшего к необходимости назначения государством своеобразной “цены” для инвестиций, причем таким образом, что на нее должны ориентироваться все остальные инвесторы. Эта цена – ничто иное, как стандартная цена на товар “инвестиции”, в которую входит, помимо процентной ставки, задающей уровень конкуренции, еще и обязательство продажи предприятия по себестоимости работникам. Любой частный инвестор сможет выиграть инвестиционный конкурс только в том случае, если предложит лучшие условия по сравнению с государственной ценой инвестиций.

Точно таким же образом стандартная цена в других обстоятельствах превращает конкуренцию из агрессивной, монополистической, имеющей целью концентрацию и возрастание капитала – в конкуренцию рыночную, и в конкуренцию между продукцией, а не между ее производителями.

Иными словами, при замене организационно-трудовых отношений, основанных на эксплуатации, отношениями нового типа возникнет принципиально новый способ  повышения производительных сил общества, который будет иметь то же значение для возникновения коммунистического общества, какое имел машинный способ – для возникновения общества капиталистического.

Реальность и идеал. Бизнес в поиске

Западные исследователи и командиры производства также предпринимали попытки решить проблему  эксплуатации и отчуждения в процессе производства,  осознавая ее в форме необходимости  совершенствования производства под влиянием глобализации и всемирного рынка со всемирной же конкуренцией. В конце XX века возникло целое направление науки управления производством – менеджмента, которое получило название “реинжиниринг бизнес-процессов” или управление бизнес-процессами. Родоначальником этого направления считаются  М.Хаммер, Д.Чампи, описавшие его основные принципы в книге “Реинжиниринг корпорации” (1993, 2001,2003).

По мнению западных исследователей, основная проблема повышения эффективности работы корпораций – в изменении управления ими от функционального принципа (когда корпорация разбита на несколько иерархических пирамид подчинения – служба сбыта, основное производство, служба доставки и т.д.), к принципу управления бизнес-процессами, из которых состоит корпорация.

Анализ предлагаемых западными исследователями решений показывает, что основной идеей и делократии, и реинжиниринга является перестройка организационно-трудовых отношений в организации. Службы корпорации, объединенные в бизнес-процесс, получают его в свою “собственность” и их вознаграждение точно увязывается с результатом работы бизнес-процесса – тем, насколько оказалось востребованными потребителями то, что корпорация производит в его рамках. Ю.Мухин вместо термина “бизнес-процесс” использует термин “Дело”, гораздо подробнее и глубже прорабатывая вопрос, как именно Дело должно передаваться в собственность тем, кто его производит.

Терминология западных исследователей совпадает с терминологией Ю.Мухина практически дословно – сравните “Мы определяем бизнес-процесс как комплекс действий, в котором на  основе одного или более видов исходных данных создается ценный для клиента результат” [М.Хаммер, Д.Чампи, Реинжиниринг корпорации, М., 2005, с.65] и “Дело - это результат труда человека, за который истинные потребители готовы платить.” [Ю.Мухин, Наука управлять людьми, М.,1993,с.8]

По отзывам западных исследователей, реинжиниринг крупных корпораций, несмотря на половинчатость предлагаемых в его рамках мер (например, реинжиниринг практически не предусматривает изменения системы выплаты вознаграждения руководителям низшего звена) своим результатом дает кардинальное, на порядок, увеличение эффективности их работы, то есть обеспечивает ничто иное, как рост уровня производительных сил общества. Разумеется, чтобы полностью использовать потенциал найденных принципиальных решений их необходимо теоретически осмыслить и использовать комплексно – как на уровне отдельного предприятия, так и на уровне государства, ведь рано или поздно процесс реинжиниринга (или делократизации) сталкивается с желанием собственника продолжать присваивать труд своих работников.

Конкурентная среда побуждает «делократизироваться» и отечественный современный бизнес.

В журнале «Эксперт» №13(460) от 4 апреля 2005 («Куриный хайтек», Галина Щербо) было рассказано об опыте агрофирмы «Птицефабрика Сеймовская» из Нижегородской области:

«…На внутреннем хозрасчете держится экономика всего огромного хозяйства «Сеймовской»: двух птицефабрик, комбикормового завода, нескольких десятков фирменных магазинов и оптовых складов в пяти регионах, 14 зерновых хозяйств в Нижегородской и Владимирской областях, хлебоприемного предприятия и базы сельхозхимии. Хозрасчет в птицеводстве безоговорочно признается ноу-хау «Сеймовской». В своем нынешнем виде он сложился в 1992 году и спас птицефабрику от разорения. При переходе к рынку «Сеймовская» оказалась на грани банкротства. Люди слонялись по территории без дела, пьянствовали, разворовывали фабрику. Старые работники пошли к Леониду Седову, бывшему  здесь раньше директором.

Сначала нужно было навести порядок и начать зарабатывать. Были ликвидированы «вызывающе убыточные» подразделения. Оставшиеся — от птичника до котельной — стали самостоятельными хозяйственными единицами со своими материальными ресурсами и бюджетом. И с этих пор все работы внутри фабрики перестали быть бесплатными.

Утвердили внутрифабричные расценки на продукцию и услуги, бригадирам завели чековые книжки для расчетов. Работникам открыли лицевые счета, на которых учитывались индивидуальные расходы и доходы. Отпускает, скажем, кормоцех корм для несушек — птичник ему выписывает чек. Отправляется водитель с грузом — тоже требует чек от того, кто его послал в рейс. Даже цыплят и кур-молодок цеха не передавали друг другу, как раньше, а продавали.

Отвечая за выполнение производственной программы, хозрасчетные подразделения получили и широкие права: устанавливать численность работников, форму оплаты труда, формировать резервный фонд и фонд потребления и распоряжаться этими средствами по своему усмотрению. Им разрешили даже заниматься бизнесом на стороне, если это было не в ущерб производству, используя треть этих доходов для выплат работникам.

У администрации свои обязанности: обеспечивать подразделения сырьем, кормами, материалами, техникой, искать рынки сбыта, организовывать собственную торговлю, модернизировать технологии. На покупку мелкого оборудования у администрации можно взять кредит. Но если благополучный цех может получить кредит на год и без процентов, то убыточный — максимум на полгода, под проценты и залог своего имущества и продукции. Эффект был сначала психологический: люди поняли, что все стоит денег — и курица-несушка и рейс водителя, и лабораторный анализ. Приходилось думать, как цеху жить от зарплаты до зарплаты, чтобы хватило на необходимые расходы и еще осталось.

«У каждого подразделения и работника нашлись внутренние резервы, — говорит Седов. Водители перестали „левачить" — экономия бензина, техники бережно обслуживали оборудование — экономия на ремонте и запчастях, учитывали каждый килограмм корма и киловатт электроэнергии». Постепенно научились хозяйствовать:  деньги уже не проедали полностью, а пускали на развитие, чтобы прибыль росла. Из своей прибыли каждое маленькое хозяйство отчисляет 17% фабрике на налоги. Оставшиеся деньги делят пополам: одна половина опять идет фабрике — в фонд развития и резервный фонд, другая половина остается в цехе. При небольших зарплатах — до 2 тыс. рублей — основная часть дохода складывается из процента от прибылей. При выполнении всей фабрикой производственного задания к хозрасчетной премии добавляется и общефабричная. Вместе они могут составить до 300% оклада. А если в срыве программы виновата администрация, хозрасчетное подразделение вправе предъявить ей претензии. Были случаи когда деньги за брак или перебои в работе из собственного кармана выкладывали главный энергетик, инженер-строитель, заместитель директора по капитальному строительству. Через год после введения новых порядков птицефабрика из убыточной стала рентабельной».

Хорошую иллюстрацию того, как на практике должна работать стандартная цена на стандартный товар, обеспечивая переход от агрессивной конкуренции к рыночной, показывает заметка в газете «КоммерсантЪ» от 31.08.2006 «ОСАГО отправят в тарифный коридор». Глава Федеральной службы страхового надзора (ФССН) Илья Ломакин-Румянцев предложил вводить систему,  при которой будет определена стандартная услуга, которую автовладелец получает за базовый тариф, а дополнительный сервис оплачивается отдельно. Дополнительными услугами, которые можно будет оплатить отдельно, могут стать вызов аварийного комиссара и эвакуатора на место ДТП, сбор справок для выплаты.

Таким образом, стихийно появляющиеся “находки” и “изобретения” науки менеджмента, представляют собой ростки новой системы производственных отношений, способных привести к переходу человечества на новую стадию своего развития, стадию, когда наконец-то обществу удастся избавиться от эксплуатации человека человеком, сначала на уровне предприятия, а затем и на уровне общества в целом.

О роли и значении государства

Безусловно, важнейшая роль в преобразованиях общественных отношений в сторону освобождения от эксплуатации принадлежит государству. Основоположники марксизма считали, что государство, поставленное на службу самому передовому классу – пролетариату в форме его диктатуры, будет работать в интересах всех членов общества и обеспечит преодоление эксплуатации, как в процессе производства, так и на уровне общества в целом. Однако, после образования реального государства диктатуры пролетариата этого не произошло, так как потенциал роста производительных сил на базе производственных отношений, основанных на эксплуатации был далеко не исчерпан. Поставив заслон процессу классообразования капиталистического, советское государство диктатуры пролетариата инициировало процесс классообразования политарного. Проведенная национализация средств производства привела к передаче их не в общественную, а в государственную собственность, точнее, в руки партийно-государственной номенклатуры. Вместо того, чтобы служить обществу в целом, государство превратилось в вотчину чиновников.

По мнению В.Белоцерковского, преобразование государства должно вестись таким образом, чтобы оно стало проводником и поддержкой нарождающегося кооперативного социализма.  Путь к этому – изменение системы выборов, переход от выборов по территориальному принципу к выборам по производственному принципу. Избранные трудовыми коллективами депутаты будут поддерживать ростки кооперативного социализма и заставят государство не на словах, а на деле защищать интересы общества.

Однако и в варианте основоположников марксизма, и в варианте В.Белоцерковского не предусматривается никаких действенных механизмов, обеспечивающих обратную связь государства с обществом, никаких механизмов, гарантирующих, что государство, появившееся как инструмент классового господства, будет служить не классу-эксплуататору, а всему обществу в целом.

Наиболее проработал вопрос, каковы должны быть такие механизмы в государстве и как обеспечить их появление, Ю.Мухин в процессе распространения идей делократизации на уровень государственного управления.  Теоретическому обоснованию их правильности и эффективности  посвящен следующий раздел книги. 

Комментарии

Отправить новый комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Пожалуйста, введите числа и буквы (с учетом регистра), изображенные на картинке
Картинка
Введите символы, которые показаны на картинке.